Портрет леди - Генри Джеймс

– У Пэнси не все танцы заняты. Попросите ее оставить какой-нибудь для вас и приберегите силы – она танцует без устали, ей трудно быть ровней.

– Она танцует прекрасно, – произнес лорд Уорбартон, следя глазами за Пэнси. – О, наконец-то, она мне улыбнулась.

Изабелла смотрела на него и вдруг снова подумала, как странно, что такой значительный, красивый человек обратил внимание на молоденькую девочку. Они казались ей совершенно несовместимыми – и ни очарование Пэнси, ни благородство и доброта лорда, ни его постоянное стремление к новым впечатлениям не могли этого объяснить.

– Я хотел бы потанцевать с вами, – продолжил он через мгновение, повернувшись к Изабелле, – но, мне кажется, с еще большим удовольствием я поболтаю с вами.

– Да, так гораздо лучше. И это больше соответствует вашему высокому сану. Государственному мужу не пристало вальсировать.

– Не надо насмешек. Зачем же вы тогда советовали мне танцевать с мисс Озмонд?

– О, это другое дело. Если бы вы танцевали с ней, это выглядело бы просто как акт доброты с вашей стороны, как желание доставить ей удовольствие. А если бы вы стали танцевать со мной, это выглядело бы так, будто вы доставляете удовольствие себе.

– А разве я не имею права доставлять себе удовольствие?

– Нет. Ведь вы держите в своих руках судьбы великой Британской империи.

– Опять Британская империя! Вы всегда смеетесь над ней.

– Развлеките себя разговором со мной, – сказал Изабелла.

– Я не уверен, что это развлечение. Вы слишком агрессивны – я всегда вынужден обороняться. А нынче вечером вы, на мой взгляд, опасны больше обычного. Вы действительно не хотите танцевать?

– Я не могу уйти отсюда. Пэнси должна найти меня здесь.

Лорд некоторое время молчал.

– Вы очень добры к ней, – вдруг произнес он.

Изабелла взглянула на него и улыбнулась.

– А вы можете представить себе человека, который не был бы к ней добр?

– Разумеется, нет. Я знаю, как все любят ее; но вы очень много для нее делаете.

– Я всего лишь вывожу Пэнси с собой в свет, – продолжая улыбаться, сказала Изабелла. – И присматриваю за тем, чтобы у нее было достаточное количество красивой одежды.

– Однако ваше общество для нее большое благо. Вы беседуете с ней, даете советы, помогаете развиваться.

– О, да, если уж она пока нераспустившийся бутон, так зато растет рядом с прекрасной розой, – рассмеялась Изабелла.

Ее собеседник улыбнулся, но глаза его оставались невеселыми.

– Все мы стараемся быть как можно ближе к этой прекрасной розе, – пробормотал лорд после некоторого колебания.

Изабелла отвернулась от него – Пэнси уже направлялась к ней, и она с радостью восприняла возможность прервать беседу. Мы знаем, как Изабелле нравился лорд Уорбартон. Она считала его восхитительным человеком. Дружба с ним казалась надежной, была как некий крупный счет в банке на случай непредвиденных осложнений. Когда он находился рядом, она чувствовала себя счастливее – в его манерах было что-то успокаивающее, звук его голоса был так же благотворен, казалось ей, как сама природа. Однако, несмотря на это, Изабелле не хотелось слишком сближаться с ним, не хотелось, чтобы он воспринимал ее дружелюбие как само собой разумеющееся. Она боялась этого, старалась избежать, всей душой надеялась на то, что он запретит себе это – ведь если лорд Уорбартон слишком приблизится, придется приказать ему соблюдать дистанцию. Пэнси вернулась с очередной прорехой в юбке, которая неизбежно последовала за первой и которую девушка с озабоченным видом продемонстрировала мачехе. На балу было много мужчин в военных мундирах и в сапогах со шпорами, опасными для платьев молодых девушек. Вскоре стало ясно, что женщины удивительно хитроумны – Изабелла нашла булавку и заколола Пэнси платье, одновременно с улыбкой слушая отчет падчерицы о своих приключениях. Внимание Изабеллы, ее сочувствие были неподдельны, но думала она о другом – она не могла отделаться от впечатления, что лорд Уорбартон снова пытается ухаживать за ней, Изабеллой. Ее уже давно наводила на эту мысль некоторая непоследовательность в его поведении, – а теперь еще эти его слова… Вот о чем думала Изабелла, поправляя платье Пэнси. Если она не ошибалась, чего на самом деле очень желала, то лорд поступал так неосознанно, не отдавая себе отчета в своих намерениях. Но это нисколько не облегчало ситуацию. Чем скорее лорд Уорбартон осознает смысл сказанного им, тем лучше. Сейчас он сразу заговорил с Пэнси, обратив к ней преданную улыбку – не Изабелле ли она должна была быть предназначена? Девушка отвечала ему, как всегда, со своей послушной готовностью. Лорду приходилось, из-за своего роста, в разговоре склоняться к ней, и ее глаза привычно скользили по нему, оглядывая его крепкую фигуру – он словно выставлял себя на обозрение. При этом Пэнси постоянно выглядела немного испуганной, но ее страх не содержал в себе ничего, что свидетельствовало бы о неприязни; наоборот, она смотрела на него так, будто знала: он чувствует, что нравится ей. Очень скоро Изабелла оставила их наедине и направилась к приятельнице, которую заметила неподалеку; она разговаривала с ней до тех пор, пока не объявили следующий танец. Изабелла знала, что на этот танец Пэнси тоже ангажирована. Она взволнованно подлетела к мачехе, и Изабелла, скрупулезно следуя указанию Озмонда – он ни в чем не был склонен предоставлять дочери самостоятельность, – передала ее, словно драгоценный переходящий приз, очередному кавалеру. Но об этой абсолютной зависимости Пэнси у Изабеллы были свои представления – порой они обе имели из-за этого глуповатый вид. Озмонд поручил жене роль дуэньи, расписав ей ее обязанности, заключавшие в себе перечень уступок и ограничений. Некоторые его указания Изабелла выполняла буквально, и тем самым иногда доводила свое дело до абсурда.

После того как Пэнси отправилась танцевать, Изабелла снова обнаружила рядом с собой лорда Уорбартона и внимательно посмотрела на него – ей хотелось прочитать его мысли. Он совершенно не смутился под ее взглядом.

– Она обещала потанцевать со мной попозже, – произнес лорд.

– Я рада. Полагаю, вы ангажировали ее на котильон?

Лорд, казалось, пребывал в некотором замешательстве.

– Нет, я пригласил ее на кадриль.

– Какая жалость! – почти сердито воскликнула Изабелла. – Я просила ее придержать для вас именно котильон.

– Подумать только! Бедняжка! – Лорд Уорбартон от души рассмеялся. – Но если вы так хотите, я выполню ваше желание.

– Если я хочу? О, как будто вы танцуете с Пэнси только ради меня!

– Я боюсь ей наскучить. У нее очень много юных кавалеров.

Изабелла опустила глаза, лихорадочно раздумывая. Лорд Уорбартон стоял и смотрел на нее. Она чувствовала на своем лице взгляд, и ей было как-то