Свои погремушки - Екатерина Вильмонт

– Да, но…

– Денис, ты в деловых вопросах как ребенок, тебя ничего не стоит облапошить.

– Ну что ж мне – сидеть и кивать головой как китайский болванчик?

– Вот кивать-то как раз и не следует. Они, знаешь, как действуют? Задурят тебе башку комплиментами и радужными перспективами, наобещают с три короба – и режиссер-то будет знаменитый и первоклассный, и сценарист самый что ни на есть лучший, – ты уши развесишь и уже будешь на все готов, а они так тихонечко, чтобы не вывести тебя из эйфории, скажут: все супер, только вот канал хочет поменять название, оно не коммерческое, вы же понимаете, мы целиком зависим от канала… И вот у вас там есть вроде как инцест, так этого не нужно, и плевать им на то, что на этом якобы инцесте весь сюжет держится…

– Мать, ты меня совсем запугала… Так, может, ты одна поедешь к ним?

– Нет уж, если не сладится, я буду виновата.

– Ты в любом случае будешь виновата! – засмеялся Денис. – Нет, я поеду с тобой, буду там надувать щеки… Да, а ты что-то говорила насчет юриста?

– К сожалению, она сейчас в отпуске, но на первой стадии юрист не нужен. Может, мы вообще ни о чем не договоримся.

– Господи, до чего ж мне повезло с женой. И это при том, что ты не любишь фантастику как жанр.

– А мне это не обязательно, чтобы защищать твои и заодно свои интересы.

– Златка, я тебя люблю! В тебе есть все то, чего не хватает мне…

– Значит, ты меня любишь за мои деловые качества? Мне это не нравится!

– Ладно, не кокетничай! Мне надо работать!

Егор недавно вернулся из отпуска. Он ездил повидаться со старым другом, живущим в Финляндии. Там была дивная природа, роскошная рыбалка, но в те две недели, что он там провел, чуть ли не каждый день шли дожди. И друзья решили на два дня смотаться на пароме в Стокгольм.

– Егор, ты когда-нибудь плавал на пароме? – спросил Степан.

– Нет, на таком не доводилось. И вообще в Скандинавии никогда не был. Я предпочитаю теплые края.

– А я вот помешан на северной природе, и дожди люблю…

– Ты художник, а я простой юрист. Люблю теплое море, яркие краски. Вижу, ты хочешь сказать, что я до ужаса примитивный тип. Хотя, знаешь, с дождем у меня связано одно… как бы это выразиться… романтическое впечатление.

– Расскажи! – потребовал Степан. Они сидели в баре на пароме, и романтическая история была вполне уместна в такой атмосфере.

– Понимаешь, вроде бы ерунда, а в душу запала…

Егор рассказал другу о незнакомке, отдавшей ему свой зонтик.

– Красивая история… А девушка красивая была?

– Не знаю. Глаза чудесные, веселые и добрые. И вообще, много ли толку в красоте, к тому же теперь не знаешь порой, красивая она или пластический хирург хорошо поработал…

– Ну да… Надеюсь, ты хранишь этот зонтик как талисман?

– Нет. Его одна моя… знакомая в клочья изрезала.

– Ревность?

– Дурь!

– Скажи, а зонтик был яркий?

– Нет, голубой в розовых цветах.

Степан брезгливо поморщился.

– А ты узнал бы эту добрую девушку, если б встретил?

– Думаю, да. Знаешь, я в Москве практически не вспоминал о ней, а тут, когда дожди льют…

– Егор, я вот подумал, можно было бы написать картину в стиле импрессионистов… Дождь, все серое… одинокий мужчина, весь мокрый…

– И к нему с небес подлетает под зонтиком девушка… Почти Шагал…

– Нет, я мыслил себе скорее что-то вроде Мане…

– Но поскольку ты не Мане и не Шагал…

– Художника может обидеть каждый сраный юристишка! – засмеялся Степан.

Егор тоже нисколько не обиделся, а рассмеялся.

– А что бы ты сделал, если бы вдруг встретил эту добрую душу?

– Шансов мало.

– И все же?

– Ну, для начала извинился бы за то, что не могу вернуть зонтик… Ну и попытался бы познакомиться… А что еще можно придумать?

– Но ты бы этого хотел?

– Сам не знаю. А вдруг разочаруюсь? Вдруг она тоже пошлая дура?

– Почему тоже? – засмеялся Степан.

– Потому что мне все попадаются пошлые дуры, видно планида такая…

– А ты не заметил, у нее было обручальное кольцо?

– Господи, ничего я не заметил, не до того было. Или не помню.

– Ну да… ну да… А вообще-то ты прав, лучше тебе с ней не встречаться… Хорошо, когда в душевном загашнике есть такая красивая история без всякой конкретики…

– Ну, а я о чем?

На вопрос матери, как он отдохнул, Егор ответил:

– Ничего, отоспался, по крайней мере, под звук дождя хорошо спится. Но больше я в Финляндию ни ногой! Не мой формат. Солнца хочу!

– А Степа как? Не женился?

– Нет, пока бог миловал, – засмеялся Егор. – Но он как раз любит дождь…

– Егор, я попрошу тебя поприсутствовать сегодня на предварительных переговорах с одним писакой, – сказал приятель-продюсер, которому Егор частенько оказывал юридическую помощь. Фирма из экономии не держала штатного юриста.

– Что за тема?

– Хотим купить права на один роман, автор сегодня приедет, будем знакомиться.

– А мне что делать на этой стадии? Или вы собираетесь сразу договор подписывать?

– Нет, конечно.

– А что за автор?

– Денис Кузнецов, фантаст.

– А я зачем нужен?

– Понимаешь, у него агент, его жена, такая, говорят, акула… С ней надо держать ухо востро. Не хотелось бы ничего лишнего им обещать, но и заманить как следует надо. И как бы не проколоться, как в случае с Маркушиным. Страшно вспомнить, как мы тогда замаялись! Тебя не было…

– Да ладно, тоже мне невинные овечки. Сами как пираньи, – проворчал Егор.

– Понимаешь, нам очень, подчеркиваю, очень хотелось бы купить права на этот роман.

– Тогда просто не поскупитесь, в чем проблема?

– Да напряженно у нас сейчас со средствами, сам что ли не знаешь, а роман в высшей степени бюджетный…

– Не понял?

– Там можно снимать всего в двух декорациях. И действующих лиц немного, лучше набрать классных артистов и… Ну что я тебе объясняю, сам все понимаешь.

– Погоди, ты сказал, это фантастика?

– Ну и что?

– И такая камерная?

– В том-то и роскошь! Никакого космоса, никакого светлого или темного будущего. Красота! Ну очень, очень надо!