Назовите как хотите - Рассел Джеймс

Наконец он смолк; повисло тяжелое молчание. Хотя молитва его и придала сырой лощине священный облик, никто не спешил поздравить его с этим достижением. По упругому травяному ковру Деларм решительно направился осматривать свой персональный Эдем. Прочие стали понемногу собираться вокруг Тины Гам. Она улыбнулась:

— Фу-ух, какое облегчение.

Остальные пробормотали слова согласия.

Она начала рассказ:

— На этом самом месте некогда была деревня Эском, основанная в Средние века и окончательно обезлюдевшая в семнадцатом столетии, предположительно по причине эпидемии бубонной чумы.

Миссис Ниббетт поежилась.

— О, не пугайтесь, тут больше не заразно, — поспешила заверить Тина. — Оглянитесь вокруг — видите эти странные холмики, поросшие травой? Это то, что осталось от домов. Подумать только: на этом месте когда-то жили целые семьи. В этой самой лощине небольшая группка людей вела суровую жизнь — кто пахал землю, а кто и воровал…

— Воры? — взвизгнула миссис Ниббетт.

— О да, возможно целая шайка. Кто знает? Может, где-то здесь и припрятан горшок золота. Шутка. — Она рассмеялась. Но семя было заронено.

Стречи устроилась на относительно сухой кочке. Тина Гам удивила ее. Женщина-священник безо всяких усилий освоила ремесло жулика, тогда как ее, Стречи, уже с трудом хватало на то, чтобы играть свою роль. Она продолжала рассказывать басни как ни в чем не бывало; но ведь Тина занимается этим всего полдня, а Стречи — три месяца кряду. Когда рядом был Клайв, это ее забавляло, но чем больше дней они были в разлуке, тем более гнусной и недалекой казалась ей эта затея.

Подставив лицо блеклому солнцу, она слушала рассказ Тины:

— Помните тропу, которая привела нас сюда? Скорее всего, ее некогда проложили гуртовщики; она пролегала по дну лощины вдоль ручья и вела, скорее всего, в Йелвертон. Может быть, несколько веков назад здесь остановились какие-нибудь люди, возможно, семья, — и сочли здешние холмы подходящим местом, чтобы построить небольшую ферму. А может статься, Эском служил им лишь летней стоянкой, где овцы могут получить вдоволь свежей травы и воду из ручья, а еще — эта лощина укрыта от посторонних глаз, так что версия о приюте воровской шайки не совсем, так сказать, беспочвенна.

Стречи живо представила себе, каково это — жить в этом глухом углу. Тихо, наверное, и одиноко — так же, впрочем, как и на других фермах, разбросанных по здешнему болотистому краю. Вот и Эском, решила она, оглянувшись вокруг, являл из себя всего одну ферму — усадьба плюс пара коттеджей для работников. Должно быть, на месте кочек, поросших травой, располагались хлева для скотины и амбары. Старинная, средневековая ферма, подумала она, заброшенная ферма. На нынешних картах Девоншира иные деревни на поверку состояли всего из одной усадьбы — тот же Йилвертон, скажем, Сортридж, Греннадон, Марчантс Кросс. Сколько там от эскомской фермы до ближайшей — Св. Агаты — церкви? Три мили? Иными словами, не меньше часу ходьбы. Родители Стречи порой вспоминали о своем детстве, в котором трехмильная прогулка до школы, церкви или ближайшего магазина казалась сушим пустяком. Ныне, в эпоху всеобщего автовладения, она стала чем-то из ряда вон. Но трехмильная прогулка означала и другое — что в свое время Эском бы частью прихода. Американцы, бесспорно, это оценят: эти уроженцы страны бескрайних просторов прекрасно понимают, что такое «место, отрезанное от внешнего мира». В Штатах часто встречаются поселения, от которых не меньше дня пути до ближайшего городка. Стречи вспомнились равнины Невады или Оклахомы — огромные пространства с девственно-чистой линией горизонта, — можно было идти хоть целый день и не встретить ни одной живой души. В Англии — не так. Здесь не знают, что такое «совсем один».

Деларм попытался было пройтись вдоль заросшего русла потока, но, не пройдя и пятисот ярдов и окончательно запутавшись в зарослях ежевики, молодой поросли и водорослей, сдался и вернулся в самом раздраженном настроении.

— Ну и куда ведет это русло? Неужто до этого вашего Йелвертона?

— Не совсем так, — ответила Тина. — Так, петляет несколько миль, а потом уходит под землю.

— Под землю? — эхом откликнулась миссис Ниббетт. Само словосочетание показалось ей таинственным и магическим. — В пещеру?

— Здешние ручьи почти все такие — то исчезают под землей, то выбираются на поверхность. Этот, например, выходит на поверхность прямиком возле мельницы, а потом снова уходит под землю.

— Мельница? — Это уже был мистер Кантабуле, который уже отчаялся найти что-либо интересное для себя в здешних холмах. — А она работает? И стало быть, принадлежит поместью?

Тина рассмеялась.

— Поместью Эском не принадлежит ничего. — Она быстро взглянула на Стречи, чтобы убедиться, что их легенды совпадают. — Она не работает.

— А мы ведь видели ее, правда, дорогой? — миссис Ниббетт обернулась к мужу. — Там так грязно и все почти разрушено, но зато такой славный хозяин…

Стречи насторожилась, но вопрос задала Тина:

— Хозяин Эскомской мельницы?

— О да. Такой славный, настоящий джентльмен. Одет как бродяга — но ведь джентльмены часто так одеваются, как я заметила.

— Значит, он назвался хозяином…

— Ну да. Он еще сказал, что пригласил бы нас внутрь, но помещение перестраивается под приют для сирот.

Тина выдохнула:

— Приют — в Эскомской мельнице?

— О, дорогая, признайтесь — вы ведь знали об этом? Наверняка вы помогаете ему собирать средства.

Тина вздохнула:

— Он попросил вас сделать взнос?

Миссис Ниббетт хихикнула:

— Вообще-то я не люблю рассказывать о своей благотворительности, но мы с Уолтером и вправду бросили пару грошей в жестянку этого славного человека. Подумать только — этот тот самый поток, который протекает рядом с мельницей! Я начинаю чувствовать себя здесь как дома.

…Чего нельзя было сказать о Стречи — во всяком случае, так она заявила в последующем телефонном разговоре с Клайвом:

— Фермы, деревни, пабы, в которых подают чай со сливками…

— Замечательно.

— Я не подхожу для сельской жизни, Клайв. Самое значимое событие в здешних местах — ежегодная сельскохозяйственная выставка в Тэвистоке. Она длится целый день. В огромных павильонах проходит отбор победителей в номинациях… ну, там, лучший садовый цветок, комнатный цветок, лучший букет, лучший овощ, лучший сад, лучший домашний пирог или кекс, лучшее вино…

— Здорово, правда?

— Таскать по выставке толпу этих чертовых потенциальных лордов утомительно, Клайв. В любом случае… я соскучилась по тебе. Здесь без тебя грустно.

Клайв сдержанно усмехнулся:

— Я скоро приеду к тебе.

— А можно я прилечу к тебе?