Не обещай ничего - Линвуд Баркли

– Я о тебе позабочусь. – Он попытался ее успокоить: – Позабочусь. Не дам им тебя обнаружить.

Женщина освободилась из рук Маршалла, пошла в ванную его маленькой квартирки и закрыла за собой дверь. Он приложил к створке ухо и спросил:

– С тобой все в порядке, Сарита?

– Да, – ответила она. – Я просто на минутку.

Маршалл стоял по другую сторону двери, не зная, как поступить. Обвел глазами свое жилище, которое, если не считать ванной, состояло из одной комнаты. Маленький холодильник, плитка и раковина в углу, кровать и пара мягких стульев, которые ему повезло подобрать в День старьевщика, когда люди выбрасывают на улицу всякий хлам.

Фыркнул бачок туалета, из крана потекла вода, затем дверь открылась. Сарита стояла перед ним, потупив голову.

– Поеду домой. Возвращусь к себе в Монклову.

– Нет. – Он снова ее обнял. – Тебе не надо в Мексику. Твоя жизнь здесь. У тебя есть я.

– У меня нет здесь жизни. Поеду домой или как-нибудь исчезну, найду работу, начну все сначала. Мне надо зарабатывать. На меня рассчитывают. А здесь платят больше, чем у нас.

– Могу тебе одолжить, – предложил Маршалл. – Дам денег. У меня их не много, но на две-три сотни можешь рассчитывать.

Сарита рассмеялась.

– Ты серьезно? Как думаешь, на сколько этого хватит?

– Знаю, знаю, миллионер из меня никакой. Но ты упомянула о деньгах, и я хочу сказать, о чем подумал ночью.

Она прошла мимо, подобрала с пола у кровати трусики, бюстгальтер и надела их. А Маршалл стоял и смотрел на нее.

– О чем бы ты ни подумал, не хочу об этом знать.

– Перестань. Ты должна хотя бы выслушать меня. Возможно, это решение твоих проблем. Решение для нас обоих. Ты хочешь отсюда сорваться – прекрасно. Но я могу уехать с тобой.

– Не знаю… – проговорила Сарита. – Не хочу накликать на тебя беду.

– Брось, – возразил он. – Мы с тобой вместе в этом деле.

– Ничего подобного. Не вместе. Ты не сделал ничего недозволенного, кроме как спрятал меня. Но если станет известно, что ты держишь меня у себя, можешь нажить очень крупные неприятности. И не только потому, что меня не должно здесь быть.

Сарита натянула джинсы, надела блузку и принялась ее застегивать. Маршалл огляделся, нашел на полу свои боксеры и продел в штанины ноги.

– Позвоню на работу, скажусь больным, а потом все обмозгуем.

Он взял лежащий у кровати мобильник.

– Привет, Мэнни, у меня какой-то вирус, всю ночь колбасило. Боюсь заразить старикашек. Да. Хорошо, спасибо.

Он положил телефон обратно.

– Зачем ты так грубо? Они приятные старые люди.

– Я не имел в виду ничего плохого, – ответил Маршалл. – Зато мне теперь никуда не надо идти, и мы можем спокойно обсудить мою идею.

Сарита покачала головой:

– У меня идея одна: сделать как можно быстрее ноги – и куда подальше. Если сумеешь, отвези меня в Олбани или в другой город. А там я сяду на поезд.

– И куда двинешь?

– Наверное, в Нью-Йорк. У меня там двоюродная сестра. Надо только ее найти.

– Присядь, успокойся, – попросил он.

– Я не…

– Просто выслушай меня, ладно?

Сарита опустилась на край кровати и посмотрела на него снизу вверх.

– Ну, что?

– Есть нечто такое, что Гейнор не захочет вытаскивать на свет. Правильно?

– Не исключено, что все уже известно.

– То ли известно, то ли нет. Убийство его жены могут повесить на кого-нибудь со стороны, а до другого не докопаются. Ты ему звонишь и говоришь, что сделаешь так, чтобы ничего не всплыло. Но за определенную цену.

– Самая большая глупость, какую мне приходилось слышать, – заметила Сарита. – Все непременно всплывет.

– Благодаря тебе. Нельзя было этого делать.

– Я должна была, – отрезала она.

– Хотя, может, все это не важно. Может, ничего и не всплывет.

– Ты спятил? Мне надо отсюда убираться. Думаешь, полиция меня не ищет? Гарантирую, что ищет.

– Тебя не так просто найти. Как им напасть на твой след? У тебя нет ни телефона, ни прав, ни кредитных карт. С жилья слиняла. Никаких связей с окружающим миром. Словно вовсе не существуешь. – Маршалл улыбнулся и пощекотал ее пальцем под подбородком. Сарита отвернулась. – Да хватит, встряхнись. Ты же у нас как шпионка.

– Никакая я не шпионка. Кормлю стариков и детей, подмываю и убираю за ними дерьмо. Вот мое занятие.

– Ладно, ладно, – проговорил он примирительным тоном. – Сиди здесь, никуда не высовывайся. Дойду до банкомата, сниму, что осталось. Возьмешь деньги и сядешь на поезд в Нью-Йорк. Только обещай, что свяжешься со мной, когда доберешься туда. Мне нужно знать, что с тобой все в порядке. Я тебя люблю. Ты это знаешь, да? Люблю больше всего на свете.

Сарита снова заплакала и закрыла лицо руками.

– Не могу выбросить из головы.

Маршалл опять ее обнял.

– Понимаю, понимаю.

– Видеть миссис Гейнор в таком состоянии! Ужасно!

– Говорю тебе: это шанс. У него есть деньги. Шикарный дом, хорошая машина. У таких людей не может не быть денег. Ты же у них работала, видела их счета и разные финансовые бумажки.

Сарита отняла ладони от лица и на мгновение задумалась.

– Что-то такое видела, но не присматривалась. Я же не носила им почту. Помогала по дому и с ребенком. Миссис Гейнор была очень расстроена. Она надеялась, что ребенок сделает ее счастливой, но стало только хуже.

– Да, растить малыша – не шутка, – кивнул Маршалл. – Я бы точно завял, если бы пришлось возиться с детьми.

Сарита бросила на него быстрый взгляд.

– Другое дело, если воспитывать вместе с тобой, – поспешно поправился он.

– Я думаю, ее муж всегда знал, что происходит, но когда мисс Гейнор выяснила…

– Перестань об этом думать, – оборвал ее Маршалл. – Забудь и живи дальше.

– Моя вина, – не отступала она. – Если бы не я, она бы никогда не связала одно с другим.

– Да, но не надо себя убеждать, что это как-то связано с тем, что с ней случилось. Если только ты не решила, что это его рук дело. Мужа.

Сарита покачала головой:

– Он ее любил. Конечно, он редко бывал дома и мы с ним почти не разговаривали, но думаю, что любил.

– Да, но иногда даже любящие люди сживают друг друга со свету. Тем больше причин ему позвонить и сказать, что знаешь. Он раскошелится, даю тебе слово. У тебя будет достаточно денег обустроиться на новом месте и останется послать своим.