Левый берег Дона - Александр Масалов

На дорогу, которую любой водитель со стажем преодолеет за шесть-семь минут, я потратил минут двадцать. Воспользуйся я городским муниципальным транспортом, право же, добрался бы быстрее... Ничего. Со временем набью руку.

Припарковавшись на стоянке около института с табличкой "Только для транспорта агентства "САП лимитед", я вылез из салона новенького минивэна фирмы "Рено", запер дверцу и включил сигнализацию. Немного постоял около синего красавца, соображая, всё ли я сделал и ничего ли не забыл.

Сыпал мелкий снег. Он ложился на моё лицо и таял. Но это было не противно. Наоборот, это было очень приятно...

Я сунул ключи с пультиком в карман и направился в здание.

***

Генка уже сидел в приемной, развалясь в кожаном кресле, и целеустремленно клеил мою секретаршу. Оксана сидела вся пунцовая, но глазки у нее блестели. Похоже, Генке не хватило пяти минут... Вот же сучка!

- Привет, - сказал я, устремляясь в свой кабинет.

- Здорово, - сказал Генка, покидая кресло. - Оксаночка, мы с вами договорим как-нибудь позже...

- Ты мне секретаршу не порть! - сказал я. - Девочка замуж собирается.

Генка хохотнул. Входя в кабинет, он громко - явно адресуясь не мне - произнес:

- Обижаешь, корифан. Я никого испортить не могу. Я могу лишь помочь отшлифовать мастерство. Дабы не осрамить фирму в первую брачную ночь.

- Дверь закрой, шлифовальщик, - буркнул я, сдирая с себя пальто и вешая в шкаф.

- Где был? - поинтересовался Генка. Я молча сунул ему грамоту. - Сколько их уже у тебя?

- Хватит, чтобы обклеить уборную.

- Конец месяца, - напомнил Генка. - Мне сегодня ехать на левый берег.

- У меня память не девичья... - проворчал я, поворачиваясь к сейфу.

Дорожную сумку, распухшую от пачек, я поставил на столешницу. Генка приподнял сумку, как бы взвешивая, и присвистнул.

- Ого, а твои дела идут всё лучше и лучше... Скоро я буду с носильщиком приходить.

- Да нам, татарам... Лишь бы он был не болтлив.

- Болтливых не держим, - сказал Генка. - Кстати, ты еще не забыл, что такое журналистика?

- В каком смысле?

- Завтра или послезавтра приедут гонцы из белокаменной. Для переговоров. Один крупный газетный концерн намерен в Ростовской области создать свою газету. Откровенно желтую, сенсационную. Чтоб мочила всех направо-налево. Учитывая, что ничего подобного у нас нет и ниша свободна, газету ждет огромный успех.

Я достал сигарету и закурил. От волнения у меня подрагивали пальцы.

- Ну а я здесь причем? - спросил я.

- Тебя рекомендовали как потенциального главного редактора, - ответил Генка, доставая свои сигареты. - А твое агентство - как материально-техническую базу... Подробностей я еще не знаю, но москвичи первый год финансирование газеты возьмут на себя. Бабки кинут по местным меркам ну просто фантастические. Потом - на самоокупаемости.

- По рискам кто отвечает?

- Региональный издатель, разумеется. То есть ты.

- Надо подумать, - сказал я.

- Само собой, - сказал Генка. - Как там моя племяшка поживает?

- Лучше всех.

- Когда свадьба?

- Заявление еще не подали. Ориентируйся на начало марта. Постарайся быть в городе.

Генка кивнул и сказал:

- О хороших новостях мы поговорили. Теперь давай поговорим о других - не очень хороших.

- Ты это о чем? - спросил я.

- Михей уезжает. Его определили смотрящим в Чехию.

Да, это действительно была скверная новость...

- Кто будет вместо него?

- Вася Брюнет из Новошахтинска.

- Ты его знаешь?

- Конечно, знаю. Он давно подсиживал Михея. Считал слишком либеральным. В принципе, он прав. Михей мог, например, из личной симпатии посадить за стол с ворами правильного лоха...

- Так он что, из-за меня погорел? - сквозь зубы сказал я.

- Я б так не сказал. Были и другие вольности и отступления. Эпизод с тобой не стал последней каплей, которая побудила сходняк принять решение. Другое дело, что предъяву в этом ему тоже кинули... Накануне сходки Брюнет полмесяца провел в Подмосковье, готовя почву. Братва не сомневается, что перевод Михея из Ростова в Чехию - его работа...

- Новая метла чисто метет?

- Кардинальных изменений в политике не будет, но по мелочам - обязательно.

- Например?

- Еще не знаю. Я хочу, чтобы ты был предельно осторожен и готов ко всему. Молодняк и отморозки в этот период головы поднимают. Думают, что их время пришло. Могут дров наломать.

- Я-то всегда готов, - проворчал я, закуривая вторую сигарету. - Как пионэр.

Тут Генка глянул на часы и заторопился.

- Слушай, я опаздываю... Ты до какого часа будешь?

- Часов до семи. Есть еще оргвопросы.

- Это по поводу "Факела"? - спросил Генка.

Я кивнул.

- Мочи их, корифан. Мочи. Да так, чтоб другие призадумались, когда захотят подобную штуку выкинуть... Сегодня вечерком в гости загляну. Не возражаешь?

- Мы тебя всегда рады видеть. Почти, блин, родственники.

- Ну, тогда я не прощаюсь...

Подхватив сумку, Генка вышел из кабинета, а я снял трубку и позвонил отцу на мобильник.

***

Голос у отца был глуховатый, но излишне бодрый. Похоже, здоровье снова пошаливает - не то сосуды, не то суставы... И он бодрился. Специально для меня. Золотой у меня старик. Даст Бог, ты еще успеешь понянчить внуков...

- Здравствуй, папа, - сказал я. - Как ты там?

- Терпимо. А у тебя что?

- Всё хорошо. Работаю. Кручусь. Денежки зарабатываю. Есть новые, интересные предложения, но пока ничего не скажу. Боюсь сглазить.

- Я рад, что у тебя всё хорошо.

- Я тут договорчик заключил с одной строительной фирмой. В апреле приступят к работам в Чалтыре. Это будет большой хороший дом. Настоящая вилла. Тебе там будет лучше, чем в саду.

- Да я привык уже...

- Не всю же жизнь тебе в этой хибаре ютиться... Участок большой - можно сад разбить, теплицу построить, если уж ты настолько любишь в земле ковыряться...

- Поживем - увидим... На выходные ко мне приедешь?

- Конечно. Тебе что-нибудь привезти?

- У меня всё есть. С Кариночкой приедешь?

- Как же без нее?

- У вас будут красивые дети. Красивые и умные. Я очень хочу внука. Или внучку. Мне все равно.