Подозревается в убийстве - Пер Валё

– Отлично, – отчеканил Мальм. – Теперь возвращайся на свой пост.

Рённ вышел из больницы. Гюнвальд Ларссон открыл ему дверцу машины.

– Карта и пистолет тут, – сообщил он.

Поразмыслив, Рённ засунул пистолет за пояс. Потом посмотрел на карту и сказал:

– Ну да. Вот здесь этот дом.

Гюнвальд Ларссон изучил дороги, поглядел на часы и заключил:

– У нас в запасе будет около часа. Затем появится Мальм со своими главными силами. У его штаба все предусмотрено на случай такой ситуации. Сто человек, два вертолета, десять собак… Да он еще припас двадцать защитных щитов из бронированного стекла. Бой будет что надо.

– Думаешь, эти парни станут сопротивляться?

– Уверен. Линдбергу терять нечего, а Касперссон от такой погони, наверно, себя не помнит.

– Н-да, – философически произнес Рённ и потрогал пистолет.

Он не был сторонником насилия.

– Вообще-то меня меньше всего волнует, что будет с Линдбергом, – продолжал Гюнвальд Ларссон. – Профессиональный преступник, да еще свежее убийство на совести. Меня паренек беспокоит. Он не стрелял, никого не ранил, но если все пойдет как задумано у Мальма, бьюсь об заклад, что либо Касперссона убьют, либо он сам пришьет кого-нибудь из полицейских. Значит, нам надо быть на месте первыми и действовать быстро.

Гюнвальд Ларссон был спец по быстрым действиям.

Они ехали на юг, миновали Ханден и новый район уродливой застройки Брандберген.

Через десять минут свернули с шоссе, еще через десять увидели избушку. Гюнвальд Ларссон остановил машину прямо на дороге, метрах в пятидесяти от дома.

Оценил обстановку и сказал:

– Нелегко придется, да ничего. Выходим здесь, идем вперед, слева от дороги. Откроют огонь – укрываемся за уборной, вон там. Я сразу же двигаю дальше, попытаюсь зайти с тыла. Ты остаешься в укрытии и обстреливаешь крышу или карниз левее веранды.

– Я плохой стрелок, – пробормотал Рённ.

– Но в дом-то попадешь?

– Попаду. Постараюсь.

– Слышь, Эйнар?

– Да?

– Только не рисковать. Если наш маневр не удастся, оставайся в укрытии и жди вторжения главных сил.

Лимпан и Каспер услышали шум мотора еще до того, как показалась машина. И оба подошли к окну.

– Странная машина, – сказал Лимпан. – Никогда еще такой не видел.

– Может, туристы заблудились? – предположил Каспер.

– Возможно, – сухо отозвался Лимпан.

Он ваял автомат и подал другой Касперу.

Рённ и Гюнвальд Ларссон вышли ив машины и направились к дому.

Лимпан присмотрелся к ним, потом со вздохом сообщил:

– Легаши. Узнаю обоих. Из стокгольмской уголовки. Ничего, сейчас мы их.

Он разбил локтем стекло, прицелился и открыл огонь.

Звук разбитого стекла послужил сигналом для Рённа и Гюнвальда Ларссона. Оба реагировали мгновенно – метнулись в сторону и упали на землю за уборной.

Впрочем, первая очередь была неопасной, Лимпан еще не стрелял на такое расстояние и взял слишком высоко. Однако он не пал духом.

– Теперь они никуда не денутся. Только прикрывай меня сзади, Каспер.

Гюнвальд Ларссон всего несколько секунд пролежал за уборной и пополз дальше под прикрытием кустов ежевики.

Рённ был надежно защищен каменным фундаментом. Высунув руку из-за угла, он два раза выстрелил по крыше. Тотчас раздались ответные выстрелы. На этот раз стрелявший прицелился более тщательно и лицо Рённа обдало градом песчинок.

Он выстрелил еще раз, скорее всего даже не попал в дом, но это не играло существенной роли.

Гюнвальд Ларссон уже добрался до дома. Быстро прополз вдоль задней стены, завернул за угол и очутился под торцовым окном. Встал на колени и выхватил свой «смит энд вессон», который висел у него на правом бедре. Поднялся на ноги и с пистолетом наготове заглянул внутрь. Пустая кухня. В трех метрах от окна – приоткрытая дверь. Очевидно, Каспер и Линдберг находятся в соседней комнате.

Гюнвальд Ларссон подождал, когда Рённ возобновит стрельбу. Через полминуты раздались два выстрела из знакомого пистолета.

Тотчас последовал ответный залп, затем послышался характерный щелчок – в магазине автомата кончились патроны.

Гюнвальд Ларссон разбежался и прыгнул в окно, прикрыв руками лицо, защищаясь от осколков разбитых стекол.

Упал на пол. Моментально перевернулся, вскочил на ноги, распахнул дверь и ворвался в комнату.

Линдберг, отступив на шаг от окна, перезаряжал автомат. Рядом в углу стоял Ронни Касперссон, тоже с автоматом в руках.

– Стреляй, Каспер! – крикнул Лимпан. – Стреляй, черт бы тебя побрал! Их всего двое. Пришей его!

– Ну хватит, Линдберг, – сказал Гюнвальд Ларрссон.

Шагнул вперед, поднял левую руку и с маху ударил Линдберга по ключице у самой шеи.

Лимпан выронил оружие и упал как подкошенный.

Гюнвальд Ларссон перевел взгляд на Ронни Касперссона. Тот бросил свой автомат и закрыл руками лицо.

«Вот так, – произнес Гюнвальд Ларссон про себя. – Вот именно».

Открыл наружную дверь и крикнул:

– Можешь входить, Эйнар.

Рённ вошел.

– На этого лучше надеть наручники, – сказал Гюнвальд Ларссон, касаясь Линдберга носком ботинка.

Потом посмотрел на Ронни:

– Ну а ты обойдешься без наручников?

Ронни Касперссон кивнул, не отнимая рук от лица.

Четверть часа спустя машина въехала во двор домика на поляне, чтобы развернуться. Арестованные сидели сзади; Линдберг уже пришел в себя и явно не собирался унывать.

В эту минуту на двор вбежал человек в тренировочном костюме. Держа в руке компас, он тупо переводил взгляд с машины на дом.

– Господи, – сказал Лимпан Линдберг. – Легаш, переодетый спортсменом. Но уж если решил изображать ориентировщика, где его карта? – И он громко расхохотался.

Гюнвальд Ларссон опустил боковое стекло:

– Пойди-ка сюда!

Человек в тренировочном костюме подошел к машине.

– Передатчик есть?

– Есть.

– Так сообщи Мальму, чтобы отменил маневры. Достаточно прислать нескольких человек, пусть обыщут дом.

Мнимый спортсмен долго возился с передатчиком, наконец сказал:

– Задержанных сдать на командном пункте начальника канцелярии Мальма, две тысячи метров к востоку от второй «е» в Эстерханинге.

– Будет сделано, – ответил Гюнвальд Ларссон, поднимая стекло…