Геспериды или Творения человеческие и божественные - Роберт Геррик

И я, у брега свой оставив чёлн,

Уж не пройду знакомой стороной

И не увижу вновь Вестминстер мой.

И в Чипсайд не пойду, в свои пенаты,

Где появился я на свет когда-то.

Пусть нимфы, что, подобно лебедям,

В твоих струях резвятся здесь и там, —

Хранят тебя, чтоб не скудели воды:

Да быть на страже им твоей природы!

И пусть борей ни злобою, ни хладом

Не нанесёт вреда твоим наядам.

Пусть будет мощен твой державный ход —

Но берега не рушь избытком вод.

И хоть мне больше не узреть твой брег,

Будь юн, Тамесис, – ныне и вовек.

1029. Милосердие

Войны конец достойный – примиренье,

А с миром – и врагов былых прощенье.

1030. Мира не дождёшься

Столицам передышка незнакома:

Нет внешнего врага – отыщут дома.

1031. Правда и ложь

Плодится – ложь, известно: в том она

Несхожа с правдой, та всегда одна.

1032. В людской жизни всё зыбко

Путь зыбок наш: чем выше достиженья,

Тем вероятней и больней паденья.

1033. Поддержать старания

Бессмысленно любое обученье

Без похвалы и без вознагражденья.

1034. Осуждение бывает полезно высокому уму

И кандалы, и осуждений шум

Лишь славой осенят высокий ум.

1035. Двенадцатая ночь, или король и королева

Наш пир не убог:

Разрезан пирог,

В котором – горошина, боб;

К кому попадут,

Тех почести ждут,

Что лишь для монарших особ.

Мы здесь до утра,

Избрать нам пора

Того, кому быть королём;

А чтоб не скучал —

Ведь долог наш бал —

Супругу ему подберём.

Пирог – по куску,

Вино – по глотку…

Нет, мало, тут всё нарасхват!

Нальём по края

И выпьем, друзья:

Чете королевской – виват!

Потом настаёт

И эля черёд,

Что «шерстью ягнят» наречён;

И пенист, и прян,

Всем, всем, кто не пьян,

Добавит веселия он.

А чем занята

Монаршья чета?

Пируя, всем тон задают!

Пить эль и вино

И им не грешно:

Чисты – и пришли, и уйдут.

1036. Его желание

Того, кто стоек, дайте мне —

Чей дух не сникнет и в огне,

Кто смеет петь, когда вот-вот

Падёт качающийся свод,

И чья и на руинах мира

Звучать не перестанет лира.

1037. Будь осторожен в советах

Знай цену слову, помня ежечасно,

Что королям советовать опасно.

1038. Сдержанность

В любви умерьте пыл – не страсть сейчас,

Так ненависть потом погубит вас.

1039. Совет – лучший помощник

Совет прими: тебе он не указ,

Но может быть и верным в этот раз.

1040. Сходство привлекательно

Приятность сходство придаёт вещам;

И доли, коль равны, – приятно нам.

1041. Законы

Блюди законы, ибо, их прешед,

Себе и всем округ наносишь вред.

1042. Сдержанность

Средь грязи вряд ли будешь чист и честен —

Но юный пыл с рассудком несовместен.

1043. Подобное любит подобное

Себе подобных любим; говорим

Стыдливо, робко – робким, кто люби́м.

1044. Его надежда, или спасительный якорь

Чтоб мой корабль мог злые бури снесть,

Спасительный один лишь якорь есть —

Моя надежда; коль она уйдёт,

Я сгину, одинок, средь ярых вод.

1045. Утешение в бедствии

Пусть даже рухнет мир – сказать по чести,

Не страшно помирать со всеми вместе.

1046. Сумерки

За ночью сразу день не настаёт:

Всегда до света – сумерек черёд.

1047. Фальшивый траур

Кто не скорбит, а траур лишь для виду, —

Насмешкою наносит всем обиду.

1048. Воля работает, согласие лечит

Изгонишь злую хворь свою быстрей,

Коль ни на йоту не сдаёшься ей.

1049. Диета

Диета, что дарует исцеленье,

Заменит нам лекарства и леченье.

1050. Боль

За дело бьют – удары нам больны,

Но боль сильней при порке без вины.

1051. Песня лудильщиков

Лудильщик, гулять!

Пьём в пабе опять

     Мы все вместе;

Нам кружки нальют

Размером с твой худ[32] —

      Всё по чести.

Тирс Вакхов для нас

Стоит напоказ,

     Увит хмелем:

Тех бить будет бог,

Кто сладить не смог

     С добрым элем.

Шумим и поём,

За пенни кутнём —

        Не иначе:

Другие пусть тут

Канарское пьют —

      Кто богаче.

1052. Его комфорт

Единственно, чему я рад —

Что не был никогда женат;

И не женюсь: не надо мне

Несчастья с благом наравне.