Кровь Амбера - Роджер Желязны

Вниз по длинной винтовой лестнице — виток за витком почти втемноте. Лишь внизу, в центральной шахте виднелись маленькие пятнышки света —не то огоньки свечей в канделябрах, не то подвешенные фонари с закопченнымистеклами. Думаю, их поместили там не для того, чтобы освещать дорогу идущему, апросто чтобы его не пугал полный мрак. Не видя толком ни стен, ни ступенек, яшел, держась одной рукой за перила; в другой руке я сжимал протянутый впередфонарь. Здесь было холодно, сыро и пахло плесенью.

Я начал было считать ступени, но, как всегда, сбился где-тона середине. Ну да ладно, сосчитаю в следующий раз…

Мысли мои вернулись к тому далекому дню, когда я шел этимпутем, уверенный, что иду на смерть. Тогда я не погиб — слабое утешение… Всеравно мне предстояло труднейшее испытание, и все равно возможно, что я совершуошибку и меня поджарят.

Круг, еще круг… Вниз, снова вниз… Ночные мысли среди беладня…

С другой стороны, Флора говорила, что во второй раз всегдалегче. Надаюсь, она имела в виду именно Образ, в конце концов мы говорили онем.

Великий Образ Амбера — Символ Порядка, равный по силеВеликому Логрусу Двора — Знаку Хаоса. Из их противостояния вытекало все, чтоимело значение в этом мире. Свяжись с любым из них, утрать самообладание — и стобой покончено. Повезло же мне связаться с двумя сразу. И ведь не с кем дажеобменяться впечатлениями, который из двух круче обходится с посвященными.Единственный плюс тут — для моего самолюбия: тому, кто отмечен одним, крайнетрудно сработаться с другим, а меня отметили оба. Когда пробиваешься сквозьних, тебя просто разрывает на части и воссоздает вновь по неким всеобъемлющимкосмическим принципам. Звучит благородно, значительно, возвышенно, духовно ипрекрасно, а на самом деле это просто больно и утомительно. Такова цена,которую мы платим за обладание могуществом, но никакой космический принцип нетребует, чтобы мне это нравилось.

И Образ, и Логрус даруют посвященным способность безпосторонней помощи пересекать Тени. Тени — термин, принятый нашим родом длябесчисленного числа вариантов реальности, с которыми мы играем. Но есть идругие способности…

Виток, еще виток. Я стал спускаться медленнее — слегказакружилась голова. Хорошо, что не надо возвращаться этим же путем…

Наконец из темноты вынырнул зал, куда вела лестница. Яприбавил ходу.

Скамья, стол, несколько полок и ящиков, и фонарь, которыйвсе это освещал. Обычно здесь же сидел стражник, но сейчас его не было.Наверное, совершал обход. Где-то слева располагались тюремные камеры, где особеннонеудачливые политические узники предавались умствованиям и медленно сходили сума. Не знаю уж, был ли сейчас хоть один такой заключенный; надеюсь, нет.Когда-то в одной из камер держали моего отца, и пережить описанное им я бы нехотел.

Ступив наконец на пол, я несколько раз громко позвалстражника. Эхо было звонким, но другого ответа я не получил.

Я подошел к полке, взял с нее еще один керосиновый фонарь,решив, что неплохо иметь второй на случай, если заблужусь, и зашагал понаправлению к туннелю. Я шел довольно долго, потом остановился и поднял фонарь.Мне показалось, что я иду уже дольше, чем следовало, а входа в туннель все небыло. Я посмотрел назад. Пост караульного еще виден. Я пошел дальше, пытаясьвспомнить, как проходил здесь в прошлый раз.

Но вот я заметил, что эхо стало звонче повторять звук моихшагов. Похоже, я приближался к какому-то препятствию, возможно, к стене. Яснова поднял фонарь.

Так и есть. Впереди кромешная тьма и серые стены. Я вошел втуннель.

Тьма, куда ни глянь. Театр теней ставит дикий спектакль —свет моего фонаря плясал на шероховатых стенах, заставляя поблескивать гранимелких вкраплений.

Вот слева коридор. Я продолжал идти прямо. Вскоре показалсявторой…

Третий был подальше. Потом четвертый. Интересно, куда ведутэти ходы? Мне этого никто не говорил. Быть может, сами не знали? В причудливыепещеры неописуемой красоты? В другие миры? А может, это просто тупики?Складские помещения? Когда-нибудь, если будет свободное время и желание…

Пятый… Еще один…

Мне нужен седьмой.

Я повернул, как многие до меня, и, пройдя всего несколькошагов, остановился у большой, массивной, обитой железом двери. Справа настальном крюке висел большой ключ. Я снял его, отпер дверь и снова повесил ключна место. Когда караульный при очередном обходе увидит, что дверь открыта, онзапрет ее снова. Я не в первый уже раз подумал: для чего держать дверьзапертой, если ключ висит рядом? Неужели что-то опасное может появитьсяизнутри?..

Я спрашивал, но никто, похоже, не знал. Традиция, и все тут.Джерард предложил спросить у Рэндома, а Флора — у Фионы. Те дружнопредположили, что должен знать Бенедикт. А спросить у него я все время как-тозабывал.

Я с силой толкнул дверь, но она не поддалась. Тогда япоставил фонари на пол и навалился всем телом. Дверь заскрипела и медленноотворилась. Я взял фонари и вошел внутрь.

Дверь сама захлопнулась за мной, а Фракир, дитя Хаоса, сталаотчаянно колотиться. Теперь я вспомнил, почему никто не брал сюда второй фонарь— голубоватое сияние Образа освещало пещеру достаточно ярко.

Все же я зажег второй фонарь. Первый поставил у началаОбраза, а второй — напротив, обойдя узор вдоль стены. Неважно, что Образ даетдостаточно света, чтобы справиться с делом: само по себе дело это мрачное,опасное и чертовски неприятное. Немного живого света — и на душе уже полегче.

Я стал изучать запутанные, извилистые линии Образа, похожиена магические письмена. Фракир я успокоил, себя — не совсем. Если все этиопасения — знак Логруса внутри меня, интересно, какова будет реакция Логруса,если я сейчас попробую пройти его вторично, уже имея в себе знак Образа?..

А, к черту все эти пустопорожние сомнения.

Я попытался расслабиться. Глубоко вздохнул. Закрыл намгновение глаза. Согнул колени. Опустил плечи. Больше ждать нет смысла…

Я открыл глаза и ступил на Образ. И тут же из-под моих ногпосыпались искры. Второй шаг — и снова каскад искр. Еле слышное потрескивание.Еще один шаг. Возникло легкое сопротивление…

Ощущения такие же, как и тогда, в первый раз: холодок,легкая дрожь. Я заранее знал точки, на которые наступать легко и на которые —трудно. Где-то у меня внутри будто существовала карта Образа, и я, читая этукарту, двигался по первой кривой. Сопротивление возрастало, с треском сыпалисьискры, мои волосы шевелились, тело ощущало вибрацию…