Атлас. История Па Солта - Люсинда Райли

«Ориент» столкнулся с блуждающей волной, и нас с Сарой окатило мелкими солеными брызгами. Она хрипло захохотала, и я невольно рассмеялся в ответ. Ее оптимизм был воодушевляющим и немного заразительным.

– Вы кого-то потеряли на войне, мистер? – спросила Сара.

Перед моим мысленным взором промелькнули Пип, Карин и Арчи Воган.

– Да, потерял.

Она рассудительно кивнула.

– Я так и думала. У вас есть та самая грустинка в глазах.

– Вот как? – спросил я. Сара сочувственно улыбнулась, и я повернулся лицом к океану. – Недавно я действительно потерял очень близкого человека, но не из-за войны.

– Кто это был?

– Ее зовут Элле. – Я закрыл глаза. – Она была моей возлюбленной.

Сара подбоченилась.

– Ее зовут Элле? То есть она не отбросила коньки?

Я снова невольно улыбнулся из-за ее манеры речи.

– Нет, вовсе нет. Она… ее просто нет на этом пароходе.

Сара всплеснула руками.

– Тогда о чем печалиться? Просто вернитесь и возьмите ее с собой!

– Если бы все было так просто, Сара. Она не хочет быть вместе со мной. – Я нащупал алмаз в кошельке, висевшем на шее. – Так или иначе, я снова хочу поблагодарить тебя, Сара. У меня есть кое-что особенное для тебя.

Я начал снимать шнурок вместе с кошельком, но Сара подняла руку, останавливая меня.

– Нет, мистер, я не возьму ваши деньги. Только не за доброе дело; это было бы неправильно. То есть, если вам нужно заштопать носки или подшить брюки, я буду рада, когда вы мне заплатите. Но не раньше.

Я был немного ошарашен.

– Ты не понимаешь, Сара. С такими деньгами ты сможешь изменить всю свою жизнь…

– Мистер, я плыву на другой конец света. Поверьте, мне пока хватит и такой жизненной перемены. Я уже сказала, что занимаюсь рукоделием, так что надеюсь получить работу и заработать собственные деньги. Да, и найти парня!

Я заправил шнурок под рубашку.

– В таком случае желаю тебе приятного вечера. И… еще раз спасибо, Сара.

Я направился на другую сторону палубы, но тут Сара окликнула меня.

– Вы верите в Бога, мистер?

Ее вопрос застиг меня врасплох. Я повернулся к ней.

– Что ты имеешь в виду?

– Недавно я много думала об этом, а вы кажетесь умным парнем. Я просто спросила, что вы думаете по этому поводу?

Я медленно пошел к Саре, размышляя над вопросом.

– Думаю, это зависит от того, что ты подразумеваешь под «Богом». Я верю в силу Вселенной. Может быть, это одно и то же?

Сара фыркнула.

– Значит, вы не считаете его седобородым стариканом?

– Похоже на описание Деда Мороза, – улыбнулся я. – Вот в кого я определенно верю.

– Ха! Что-то он нечасто наведывался в наш приют.

– Понимаю. – Я запрокинул голову и посмотрел на звезды. – А знаешь, Элле была сиротой. И я тоже… в некотором смысле.

Сара забавно скривила лицо.

– Как можно быть сиротой «в некотором смысле»?

– Отличный вопрос. – Я снова улыбнулся. – Это трудно объяснить.

– Чего у нас хватает, так это времени. Я постараюсь сбегать сюда каждую ночь, чтобы не задыхаться в трюме. Мы можем встречаться здесь, и вы расскажете свою историю.

– Мою историю? Я никому не рассказывал ее целиком, кроме Элле. Она очень длинная и довольно грустная.

– Была до сих пор, мистер. Она же еще не закончилась, да?

Я замешкался, не зная, как лучше ответить. У Сары вытянулось лицо.

– Обождите минутку… мне знаком этот вид. Вы же не собираетесь броситься за борт, так?

– Я…

Сара вдруг пришла в ярость.

– Не будьте самовлюбленным болваном. Вы же знаете, кого любите прямо сейчас? Я люблю маму, но ее больше нет, потому что бомба упала ей на голову. То же самое относится к родителям всех детей, которые едут внизу. Эти дети могли бы отдать все, что угодно, лишь бы вернуть тех, кого жестоко отобрали у них. А вы тут разгуливаете и думаете, как бы лучше покончить с собой.

Я отступил на шаг от нее.

– Сара, я не собирался расстраивать тебя…

– Расстраивать меня? Фигушки, со мной все будет в порядке. Но вы знаете, кто пострадает? Люди, которые хорошо знают вас. Как насчет Элле, когда она узнает, что вы расстались с жизнью из-за нее? Как она справится с таким грузом на совести?

Она смотрела на меня, широко распахнув глаза и подняв брови. Признаться, я даже не думал, каково будет Элле, когда она узнает обстоятельства моей смерти.

– Более того, если она и впрямь любила вас – а похоже, так и есть, – то последнее, чего она хочет, – это вашего самоубийства.

Мне не хватало слов для ответа.

– Ну… да, – признал я. – Опять-таки, мне очень жаль, что я так расстроил тебя. Особенно потому, что я тоже потерял родителей в юном возрасте.

Вместо того чтобы умиротворить Сару, мои слова лишь сильнее распалили ее.

– Ну, так и на хрена вам это сдалось? Думаете, ваши родители будут рады, когда увидят, что их сын бросился в океан? – Она указала на небо. – А я, черт побери, так не думаю!

Прямодушие этой юной девушки оказало на меня отрезвляющее действие.

– Ты совершенно права, Сара. – Мне вдруг стало очень стыдно за мое намерение.

Сара шагнула ко мне и прошептала:

– Мистер, вы должны помнить, что жизнь – это бесценный дар. Независимо от обстоятельств.

Я кивнул, и мои глаза наполнились слезами.

– Элле говорила то же самое.

– Она была права. – Сара пожала плечами и легонько ткнула меня в грудь. – Знаете, когда мы приплывем в Австралию, вы сможете найти себе новую подружку, которая не бросит вас на борту. Хорошо?

Я рассмеялся сквозь слезы.

– Хорошо, Сара. Я понял.

– Мистер, я на самом деле хочу слышать вашу историю, начиная с завтрашнего вечера. Вы не подведете меня, правда?

Я покачал головой.

– Договорились, Сара.

Я пожелал ей спокойной ночи и вернулся в свою каюту, к дневнику. Я решил сдержать свое обещание. Саре каким-то образом удалось поднять меня из темных глубин отчаяния. Несмотря на трудную жизнь, она во всем ищет светлую сторону и, более того, находит в себе силы помогать другим.

Она немного похожа на Элле.

37

Вселенная снова бросила мне спасательный круг. Следующим вечером и много раз после этого я встречался с Сарой на палубе «Ориента». В результате я целиком и полностью рассказал ей свою историю. Она жадно впитывала каждое слово. Мне даже пришлось показать ей алмаз.

– Черт меня побери! Жаль, что в тот вечер я отказалась от подарка. Господи,