Говорящий сокол. Английские и шотландские народные баллады - Фольклор

Пошли цветочки собирать

У Форди{41} на берегу.

Нашли всего один цветок

На заливном лугу.

Из лесу вышел мужичок

У Форди на берегу.

Сестру он первую пальцем ткнул

На заливном лугу,

Перед собою повернул

У Форди на берегу.

«Ты будешь разбойника женой

На заливном лугу

Иль нож отведаешь стальной

У Форди на берегу?»

«Не буду разбойнику женой

На заливном лугу,

Пусть нож отведаю стальной

У Форди на берегу».

Ее зарезал, а потом

На заливном лугу

Уложил под розовым кустом

У Форди на берегу.

Сестру вторую пальцем ткнул

На заливном лугу,

Перед собою повернул

У Форди на берегу.

«Ты будешь разбойника женой

На заливном лугу?

Иль нож отведаешь стальной

У Форди на берегу?»

«Не буду разбойнику женой

На заливном лугу,

Пусть нож отведаю стальной

У Форди на берегу».

Ее зарезал, а потом

На заливном лугу

Уложил под розовым кустом

У Форди на берегу.

И младшую он пальцем ткнул

На заливном лугу,

Перед собою повернул

У Форди на берегу.

«Ты будешь разбойника женой

На заливном лугу?

Иль нож отведаешь стальной

У Форди на берегу?»

«Не буду разбойнику женой

На заливном лугу

И нож не отведаю стальной

У Форди на берегу!

Мой братец здесь в лесу живет

На заливном лугу,

За жизнь мою твою возьмет

У Форди на берегу».

«А как, скажи, зовется он

На заливном лугу?»

«Его прозвали  Вавилон{42}

У Форди на берегу».

«О, как же мне не повезло

На заливном лугу!

Такое сестрам сделал зло

У Форди на берегу!

Раз обездолил я сестру

На заливном лугу,

Так пусть же я теперь умру

У Форди на берегу!»

Раскрыл он ножик поскорей

У Форди на лугу,

Расстался с жизнью он своей

У Форди на берегу.

СТРОЙНАЯ ЛАНЬ{43}

Ходила Мэй, бродила Мэй

Одна в саду зеленом,

И сквайр{44} пригожий молодой

Подходит к ней с поклоном.

Ходила Мэй, бродила Мэй

В саду под остролистом —

И к ней пригожий юный сквайр

Подходит дерзко, со свистом.

«Отдай мне свой зеленый плащ,

Какой он ни на есть,

А не отдашь зеленый плащ —

Возьму девичью честь».

За руки белые берет,

Кладет в высокий дрок…

Потом серебряный ей дал

Блестящий гребешок.

«Быть может, родится сынок,

Быть может — нет, как знать?

Но если свататься придешь,

Как мне тебя назвать?»

«Нет, свататься я не приду,

Приплыл я из-за моря.

Не стану свататься к тебе,

Пусть на девичье горе.

Зовут меня за морем люди Джек,

И Джоном зовут меня тут.

Но Джеком Рэндалом дома меня

У отца моего зовут».

«Ой, врешь, ой, врешь, мой парнишка лихой!

Родился ты лжецом на свет:

Одна я у лорда Рэндала дочь,

Других детей у нас нет!»

«Ой, врешь, ой, врешь, родилась на свет

Ты лгуньей, милая Мэй!

Ведь я у лорда — единственный сын,

Я приплыл из-за морей».

Рукой пошарила в платье своем

И острый ножик взяла.

Пронзила сердце свое насквозь —

И в то же миг умерла.

Он поднял милую сестру,

Со взором нежным и чистым;

Зарыл он милую сестру

Под зеленым остролистом.

Потом он пошел в зеленый дол

Повидаться неистов с отцом,

И плачет: «О, моя стройная лань

Под зеленым остролистом!»

«На что тебе твоя стройная лань,

Для чего тебе ее звать?

Восемь дюжин ланей в парке моем,

И ты можешь взять себе пять!

С копытцем серебряным сорок из них,

А тридцать других — с золотым».

«Ах, нет, ах, нет, моя стройная лань —

Под остролистом густым!»

«Да на что тебе твоя стройная лань,

Почему ты горюешь о ней?

Возьми себе лучших, оставь мне худших —

И охоться много дней!»

«Не надо мне ланей твоих, милорд,

Я счастья теперь не найду.

Ах, горе мое! Моя стройная лань

Под остролистом в саду».

«Пошел бы в покой к своей сестре,

Поздоровался бы с сестрой, —

Позабыл бы тогда и стройную лань,

И остролист густой».

ЮНЫЙ ДЖОНСТОН{45}

Пили полковник и юный Джонстон,

Известно, вино — не вода.

«Женись на моей сестрице,

А я — на твоей тогда».

«Земель и домов у вас много,

Но не женюсь я, нет.

В любовницы я взял бы

Ее на пять-шесть лет.

Нет, не женюсь я, Джонстон,

За весь достаток твой!

В любовницы возьму ее,

Когда вернусь домой».

За меч схватился Джонстон

На поясе своем,

Прервал на полуслове

Полковника мечом.

К сестре пошел — взгремела

Молотка дверного медь.

«Ах, братец, что так поздно?

Велю я отпереть».

«Я был в церковной школе,

Учил там клерков{46} петь».