Эллиот Майлз - Т. Л. Свон

– Она продавала твои картины, которые вывезла с чердака, на аукционах, используя псевдоним. И поняла, что, как только вы с Брэдом начнете разбирать вещи в родительском доме, ее преступление будет обнаружено.

Весь ужас ситуации начинает до меня доходить.

– На что она никак не рассчитывала, – продолжает Эллиот, – так это на то, что один конкретный коллекционер – я – станет одержим этими картинами и наймет частного сыщика, чтобы отыскать их автора.

Моя грудь судорожно вздымается, мне не хватает воздуха.

– И ей сошло бы это с рук. Если бы она не пожадничала и не захотела славы, которая идет в нагрузку к моему имени.

Эланор – та художница, с которой он встречался во Франции?

– Она согласилась встретиться со мной, имея конкретное намерение соблазнить меня, но не рассчитывала на то, что я уже люблю другую и не захочу иметь ничего общего с ее планами.

Хватаюсь за голову.

– Эллиот… – потрясенно шепчу.

Он обнимает меня, притягивает мою голову к своему плечу.

– Мне так жаль, детка!

В голову приходит одна мысль, и я отстраняюсь, чтобы посмотреть на него.

– Сколько ты заплатил за эти картины?

Он надувает щеки, выпускает воздух с тихим «пф-ф-ф».

– Около двадцати миллионов долларов.

В ужасе округлив глаза, прижимаю руку к губам.

– Ты спятил! Дэниел совершенно прав, у тебя больше денег, чем здравого смысла! Они же никчемные, Эллиот!

Выражение его лица смягчается, по губам ползет улыбка, и он хмыкает.

– Я отдала бы тебе эти картины бесплатно, – ворчу я. – Черт, да я еще и приплатила бы тебе, только бы ты их забрал!

Он смеется, запрокинув голову, легко, свободно, словно с его плеч свалилась вся тяжесть земного шара.

– О нет, нет! – Я вскакиваю, когда в голову приходит другая мысль. – А что с Эланор?!

Он обрывает смех, смотрит мне в глаза.

– Эллиот, что с Эланор?

– С ней будет разбираться правосудие.

– Нет! – Сердце сжимается. – Я не хочу…

Он берет мои руки в свои.

– Об Эланор поговорим в понедельник, – жестко говорит он.

– В понедельник?

– Пока… – он нежно целует меня, – я хочу говорить только о нас. – Снова целует и прижимается к моему лбу своим. – Вот скажи, мы можем просто уладить дела между собой, а потом уже беспокоиться о твоей сестрице-ведьме?

Оттого, что Эллиот Майлз называет Эланор ведьмой, я вдруг расплываюсь в неудержимой улыбке и знаю, что так нехорошо, что я не должна, но ничего не могу с этим поделать.

– Думаешь, это смешно? – улыбается он, беря в плен мои губы; делает шаг вперед, а я отступаю.

– Это всего лишь подтверждение тому, что я всегда знала, – отвечаю.

– Чему именно. – Он улыбается мне.

– Что ты дурак бестолковый.

Он стремительно нагибается и перекидывает меня через плечо. Я хохочу, и он шлепает меня по ягодице.

– Где твоя спальня, зараза? Сейчас ты у меня получишь!

– А ты разве еще не весь запас спустил? – хохочу я, повиснув вниз головой. – Я видела твои мозоли!

– А ну, веди себя хорошо! – Он снова дает мне шлепка.

Несет в спальню и швыряет на матрас, и я приземляюсь на него с подскоком.

Не отрывая от меня глаз, он сдирает рубашку через голову. Широкая грудь в зарослях черных волос, загорелые плечи, рельефные руки, живот в бугорках мышц. Но я не могу отвести взгляда от его глаз, полных желания, любви и чувства принадлежности.

Мой дом.

Словно в замедленной съемке, он спускает брюки, и у меня перехватывает дыхание. Сколько бы раз я ни видела Эллиота обнаженным, каждый раз оказываюсь не готова к его мощной красоте.

Эллиот Майлз – и такой, и сякой, и разэтакий… но главное, он – мой.

Он нависает надо мной.

– Ты задолжала мне за тот ад, через который заставила меня пройти, – грозно говорит он, покусывая мою бедренную косточку сквозь платье.

– Ой! – Я резко сажусь на постели, вспомнив кое о чем. – Иди скорей сюда!

– Что? – растерянно спрашивает он.

Вскакиваю и беру его за руку.

– Я должна кое-что тебе показать. – Тащу его в другую комнату и указываю на мольберт.

Это гигантская картина маслом, на которой мы с ним вместе; я работала над ней несколько недель. Мы в объятиях друг друга, с любовью смотрим друг на друга.

Момент близости между нами, запечатленный моей памятью.

Он смотрит на нее. Затаив дыхание, осторожно проводит пальцем по названию картины в нижнем правом углу.

Навеки зачарованные

Он раздувает ноздри, сжимает губы, захлестнутый эмоциями.

Медленно поворачивается ко мне.

– Я люблю тебя, – шепчет.

– Я люблю тебя, – эхом отзываюсь я.

Он целует меня, мы плавимся вместе… о!

– Выходи за меня замуж.

Отрываюсь от него, чтобы посмотреть в глаза.

– Что?

– Выходи за меня, Кэтрин. Я понимаю, это не самое романтическое предложение на свете… но наша история и эта картина… – Он набирает побольше воздуха. – Я просто…

О, как я люблю его!

– Эллиот Майлз, ты просишь меня выйти за тебя замуж – совершенно голый и с эрекцией?

Он опускает взгляд, а потом коварно, соблазнительно улыбается.

– Похоже, что так.

Целует меня. Притягивает к себе, и я ощущаю каждый дюйм его твердого намерения.

– Ну, что скажешь, Лэндон? – Он притискивает меня к этой восхитительной твердости.

Я хихикаю. Только он может так…

Он рывком прижимает меня к себе всем телом, требуя ответа.

– Да. Я выйду за тебя.

Мы хохочем, сталкиваясь губами, и он подхватывает меня на руки и тащит в спальню, потом снимает с меня платье, стягивает белье и укладывает на постель.

Ложится рядом со мной и разводит в стороны мои ноги; его пальцы отыскивают сокровенное местечко, и одновременно он целует меня глубоким поцелуем. Я невольно выгибаю спину, и он разрабатывает меня, все сильнее и глубже. Звуки моего влажного возбуждения нарастают, окружая нас эхом, но он не останавливается, толкая меня к краю.

– Эллиот, – бормочу я.

– Мне надо разогреть тебя, ангел… потому что, провались все к черту, я вот-вот взорвусь. Как бомба.

Его голос – низкий, командный, и я понимаю, что он действует на чистых инстинктах. Потребность трахаться завладела им, и он все больше теряет контроль с каждой секундой.

Я опускаю руку и нащупываю его: он каменно-тверд, на головке выступают капельки преэякулята.

Боже, как я вообще могла подумать, что смогу жить без этого? Без него.

– Сейчас, Эл, – шепчу я, притягивая его к себе. – Пожалуйста…

Впившись в мое лицо взглядом темных глаз, он перекатывается на меня и проталкивает во вход головку, и я ощущаю жгучий жар его обладания.