Ожившая весна - Надежда Борзакова

Анжеле, оказывается, всего девятнадцать. Она жила с бабушкой в небольшом поселке, училась в колледже. Когда все началось, уехала из общежития домой. А как-то ночью к ним в дом вломились зомби, и первой на их пути оказалась ее бабушка. Именно поэтому девушке удалось убежать. Она голосовала на дороге, и единственной остановившейся машиной была старая «девятка». И у нее, как и у меня, не было выбора. Просто по факту ей повезло меньше.

Мне было очень стыдно за ту толику пренебрежения, которое было в моем отношении к ней. Внешняя оболочка, грубое поведение и мое собственное состояние мешали копнуть глубже. Впрочем, так ли много я могла бы для нее изменить, учитывая собственное положение… Зато сколько изменила.

Вернулся Рустам, принеся с собой запах дождя и леса. Тихо подошел, осторожно отвел волосы с моего лба, постоял, прислушиваясь к дыханию. Потом прошел к двери и принялся раскладывать свою импровизированную постель.

- Рустам, слишком холодно, ложись со мной.

- Ты не должна…

- Не должна хотеть, чтоб ты не простудился?

- Поверь, у меня были условия и похуже.

- В тюрьме?

- Нифига себе, - он подошел к кровати, пристально наблюдая за моей реакцией, - Не ну я в принципе предполагал, что ты догадалась. Но как-то бояться меня сильнее не начала…

- Я в общем тебя не боюсь, - я обхватила колени руками и поймала его взгляд.

- Несмотря на то, что я на твоих глазах убил двух человек?

Я кивнула.

- Ладно. Я – наемный киллер, - он сел на край кровати, - все еще не боишься?

- А мой муж был белым бизнесменом с идеальной репутацией. Даже матом не ругался, представляешь? Ну, до того, как узнал, что его бывшая жена рассказала мне правду. О том, что он ее избивал, а когда она решилась подать на развод – оклеветал и отнял дочь, которую потом научил ненавидеть мать, - дыхание сперло, но я продолжала, - когда понял, что я все знаю, то чуть не задушил….

Я рассказала все. А Рустам сидел не двигаясь, будто даже не дышал и слушал, сжимая кулаки. Когда я закончила и разрыдалась окончательно, осторожно обнял. Прижался губами к макушке и нежно гладил по спине, согревая и успокаивая. И в кольце его рук боль, страх и ужас отступали.

- Никто и никогда не делал для меня то, что сделал ты, Рустам, - потом, когда иссякли слезы, а он все же забрался в кровать, продолжая обнимать меня, в полусне прошептала я: - Бескорыстно, просто потому, что не смог иначе. Я не знаю точно, кем ты был в прошлом. Не знаю, кто ты сейчас для других. Но для меня ты лучший.

Когда проснулась, Рустама рядом не было. Ужасно болело лицо, а я все равно ощущала бодрость и даже какую-то эйфорию. Последняя, правда, улетучилась, когда я подошла к зеркалу. М-да уж. Верхняя часть лица – почти сплошной синяк.

- Проснулась? – Анжела сунула голову в дверь.

- И попала в фильм ужасов.

- Все скоро заживет. Идем-ка лучше есть.

На завтрак были лишь чуточку жестковатые черничные кексы. М-м, как же давно я не ела подобного.

- Анжела, давай пересмотрим продукты…

- Да я уже пересмотрела все, - перебила она. - Поскольку нас теперь четверо, недели три не заморачиваться точно можно. А теперь пошли, тебя ждет сюрприз.

Сюрпризом оказались вещи и косметика. Еще джинсы, пара свитеров и кофточек, белье, флаконы с шампунем, маски, кремы, декоративка… Судя по биркам, за всем этим пришлось заехать в город, рискуя головой.

- Даже с размерами почти угадали, прикинь? – по-детски радовалась Анжела, - теперь не придется таскать мокрое, если за ночь не успело высохнуть…

Она продолжала щебетать. Не то чтоб и я не была рада обновкам, однако мысль, что Рустам мог за них умереть, вызывала физическую боль.

- И тоналка есть. Когда отек спадет, все замажем, и ты снова будешь красивой. Хотя, Палачу ты и так нравишься, поверь мне.

- В смысле? – я опять почувствовала, что краснею.

- Ой, а то ты не знаешь, что он реально запал на тебя. Да и ты… Думаешь, я не вижу, как ты на него смотришь.

- Переста-а-ань, - я принялась ее щекотать, и мы с визгом и хохотом повалились на кровать.

Грохнула входная дверь, и через секунду в комнате с пистолетом в руках возник Рустам.