Самые яркие звезды - Анна Тодд

Пока я ждала Каэла, от Элоди пришла ссылка на БаззФид^[5]. Она обожала анкеты типа «Почему вы одиноки» и статьи вроде «Женщины и малый бизнес». На этот раз мне поступила статья «Двадцать пять потрясающих фактов о магазинах». Еще пара кликов – и я узнала бы нечто важное о чипсах «Принглз» или капсулах «Тайд», а может, научилась бы определять самую быструю очередь в кассу, но тут в коридоре появился Каэл.

– Ну, как, – сказала я, – надеюсь, понравилось?

– Да, спасибо.

Я провела оплату и протянула ему квитанцию – расписаться. Впервые в жизни мне было интересно смотреть, как клиент выводит в соответствующей графе свое имя. Поскольку он все делал тщательно, я успела подумать над двумя вопросами. Придет ли он еще? И: «Что же будет, когда он перестанет у меня ночевать?»

Каэл оставил чаевые – двенадцать долларов, хотя сам сеанс стоил сорок пять, – более чем щедро. И гораздо больше, чем принято. Мне стало немного неловко, словно он дает мне милостыню… или платит за мое время. Вероятно, так оно и было. Однако в деньгах я очень нуждалась, потому взяла и улыбнулась вымученной – надеюсь, он этого не заметил – улыбкой.

Я опять вспомнила, как болтала чуть не половину сеанса. Не очень-то, наверное, он смог расслабиться.

– Извини, я слишком много…

– Да все отлично, – перебил Каэл, пожимая плечами.

Я уже немного научилась его понимать, однако не знала, искренне ли он говорит. Может, его все-таки раздражает моя нервная болтовня? Хотя Каэл тоже задал пару вопросов, в основном разглагольствовала я – про график работы, про то, какой у меня был стресс, когда Остина арестовали во второй раз. Чуть не начала рассказывать, как я переживаю за брата, но почему-то у меня пропало настроение о нем говорить. Наверное, я хотела показаться более взрослой. Или неприятно было обсуждать брата с чужим человеком. В общем, я сменила тему:

– В какой бы цвет мне покрасить стены?

– А какой ты сама хочешь?

Потом:

– Не слишком ли много здесь декора?

– Я не заметил.

Потом:

– А ты можешь представить, что ты в дорогом спа-салоне, а не в заведении на торговой улочке?

Каэл опять пожал плечами. Время от времени и он вставлял слово-другое, но в основном болтала я.

И теперь, в приемной, он изображал молчаливого мачо.

– Чек тебе нужен?

– Обязательно. – Он протянул руку.

– Обязательно? Тебе так важен чек? – переспросила я. Мне понравилось его дразнить. Каждый раз он реагировал по-разному, и это было забавно.

– Я такой, – сказал Каэл. Убирая чек в бумажник, он почти улыбался. Бумажник был коричневый, кожаный, изрядно потертый.

– Ладно, – фыркнула я. – Как скажешь.

– Смотрите, а то придут к вам с проверкой. – Он не улыбался, но насмешливо поднял брови.

За нами пристально наблюдала Мали. Когда Каэл после сеанса вышел в приемную, она протирала стеклянную дверь, напевая себе под нос. А теперь даже не притворялась, что занята уборкой.

– До вечера? – спросила я.

– Да.

Мне он помахал, вежливо попрощался с Мали, причем назвал ее «мэм». Едва за ним закрылась дверь, как она повернулась ко мне.

– М-мм?

Ясно было, о чем она думает.

– Что «м-мм»?

Я закрыла кассу, убрала чаевые в карман.

Мали перевела взгляд на дверь и обратно, и на лице у нее медленно, как у Чеширского кота, расплылась улыбка.

– Ничего, просто так.

– И чтоб никаких разговоров! – бросила я, уходя из приемной.