Невеста-самозванка - Кэтрин Джордж

В конце концов, после долгих уговоров матери Харриет взяла отпуск еще на неделю.

— Все равно после Рождества ты уедешь в «Роудейл», — сказала ей Клэр. — Честно говоря, я не слишком хорошо себя чувствую и хотела бы, чтобы ты побыла дома.

Для Харриет это решило дело. Ее мать редко просила о помощи, и Харриет почувствовала себя куда лучше, когда визит к врачу подтвердил, что несложная операция полностью вернет Клэр здоровье.

За консультацию заплатила Роза — и не хотела и слушать о возвращении долга.

— Ни в коем случае! — заявила она Харриет в тот же вечер, когда позвонила, чтобы справиться о здоровье Клэр. — Это мой долг. Я тебе по гроб жизни обязана.

— Но бабушка оставила маме достаточно денег. Она сама хочет с тобой расплатиться!

— Ни за что! Я оплачиваю операцию — и хватит об этом. А теперь давай поговорим о покупках.

Роза понимала, что поход по магазинам ее бабушка вряд ли выдержит, поэтому позвонила в лучший универмаг Пеннингтона, попросив их прислать в «Эрмитаж» все лучшее, что есть у них в продаже, и пригласила Харриет и Клэр поучаствовать в выборе нарядов.

Официант, принесший дамам обед в номер, уставился на Розу и Харриет огромными круглыми глазами, но теперь девушки не раздражались, а лишь улыбались его изумлению.

— Бедняга! — захихикала Роза, когда официант ушел. — Он не мог поверить своим глазам!

— То же будет и на свадьбе, cara, — предупредила синьора Фортинари, — так что постарайтесь, девочки, чтобы ваши платья были не слишком похожи.

Роза скорчила гримасу.

— Не забывай, Нонна, что я уже размера на два больше Харриет. А с похожими лицами нам ничего не удастся сделать — разве что нахлобучить на головы бумажные пакеты.

— Причем, разные! — со смехом подхватила Харриет. — Новое направление в моде — элегантные разноцветные бумажные пакеты с дырками для глаз и рта!

Двумя часами позже все согласились, что невесте как нельзя лучше подходит кружевное облако белого шифона, а подружке невесты — рыжевато-коричневое бархатное платье с «русалочьим» силуэтом.

— Магазин с доставкой на дом — мне нравится! — заметила Харриет, когда, покончив с покупками, дамы уселись за чай.

Синьора Фортинари улыбнулась Харриет.

— Дорогая, ты выглядишь гораздо лучше прежнего! Вернулся румянец, и глаза опять блестят. Вот обрадуется Лео! Он очень о тебе беспокоится.

— Знаешь, что я тебе скажу, Нонна? — улыбаясь во весь рот, заговорила Роза. — Не удивлюсь, если теперь, когда о браке со мной вопрос не стоит, Лео захочет жениться на нашей Харриет!

— Роза! — воскликнула Харриет, едва не подавившись чаем.

— Мне тоже так кажется, — безмятежно заметила синьора. — Конечно, они знакомы совсем недолго, но, мне кажется, Лео весьма неравнодушен к Харриет. Я буду рада, если так и случится. Непременно поговорю с ним.

— Мне кажется, Виттория, лучше бы вам этого не делать, — заметила Клэр, вглядевшись в пылающее лицо дочери. — Харриет это не понравится.

— Почему, дитя мое? — в удивлении воскликнула синьора. — Не станешь же ты отрицать, что питаешь к Лео такие же чувства?

Три пары вопрошающих глаз устремились на нее — и под их перекрестным огнем Харриет не смогла солгать.

— Не стану, — с достоинством ответила она. — Он мне очень нравится. Но не больше.

— Хорошо, не стану вмешиваться, — ласково улыбнулась синьора Фортинари.

За все блага мира Харриет не призналась бы, что надеялась услышать голос Лео до свадьбы. Однако сердце ее замирало всякий раз, когда звонил телефон, и падало при каждом разочаровании.

Лео так и не позвонил. По счастью, Харриет некогда было предаваться унынию: Клэр, радуясь неожиданному наследству, каждый день вытаскивала дочь с собой на экскурсию по магазинам. Наконец она нашла себе два чудных вечерних платья, одно — на свадьбу, другое — на семейный ужин в пятницу вечером у Тони и Аллегры Мостин. На ужин были приглашены Лео и Данте: Мирелла приехать не смогла — появление на свет малыша ожидалось с минуты на минуту. Но она не огорчалась, зная, что Роза и Паскаль собираются провести медовый месяц в Фортино.