Невеста-самозванка - Кэтрин Джордж

Харриет долго молчала, уставившись на свои золотистые туфли.

— Для меня это было в первый раз. — Подняв глаза, она встретила во взгляде Розы нескрываемое изумление. — Ну, вот я и призналась. Можешь начинать смеяться.

— Быть не может! — Роза потрясенно покачала головой. — С ума сойти! А что же Лео?

— А ты как думаешь? Разумеется, пришел в ярость. Поначалу, по крайней мере.

— Ну, сейчас-то он точно на тебя не сердится… Боже мой, мне только что пришло в голову — с самого приезда ты на себя не похожа! Харриет, ты что, беременна?

— Нет, — улыбнулась Харриет. — Хотя, как ни странно, первым возможных последствий испугался он.

— Если бы ты… ну, сама знаешь… он поступил бы как благородный человек. Лео иначе не может.

Харриет скорчила гримасу.

— Знаю. По счастью, такой проблемы не возникло.

И потом, я сразу сказала, что замужество меня не привлекает.

— Боже мой, зачем ты ляпнула такую глупость? — в отчаянии простонала Роза.

— Потому что, едва опомнившись, он объявил, что я собираюсь заманить его в ловушку, — ответила Харриет. Даже сейчас при этом воспоминании ее охватывала жгучая ярость.

— Надо же! — Роза присвистнула. — Что ж, теперь он, кажется, изменил свое мнение.

— Это точно! — с напускной беззаботностью ответила Харриет. — Между нами, Роза, Лео уже пытался склонить меня к… э-э… не столь формальным отношениям.

У Розы буквально отвисла челюсть.

— Предложил стать его любовницей?

В собственном смехе Харриет различила истерические нотки.

— Ну что ты! «Любовница» — это чересчур романтично. «Содержанка» — вот это будет точнее. Я переезжаю к нему, он оплачивает мне удобную и беззаботную жизнь.

Роза решительно затрясла головой.

— Быть не может! В семье Фортинари такое недопустимо! По крайней мере, пока жива Нонна. Фортинари всегда женятся.

— Да, на благородных девицах из хороших семей с виноградниками в приданое! Ладно, нам пора идти.

Роза и Паскаль обвенчались в скромной церквушке неподалеку от «Эрмитажа». Лица обоих сияли счастьем, а когда звенящими от волнения голосами они произносили брачные клятвы, не у одного растроганного зрителя выступили слезы на глазах. Позже в одном из залов «Эрмитажа» состоялся праздничный банкет — трио музыкантов, шампанское, смех, поцелуи и поздравления.

— Ты сегодня обворожительна, — заметил Лео, когда ему удалось наконец вырвать Харриет из объятий экспансивной пожилой француженки — тетушки Паскаля. — И очень предусмотрительно со стороны Розы запастись подружкой, одинаково легко говорящей на трех языках!

— Но ты можешь меня пощадить и говорить по-английски, — улыбнулась Харриет, принимая из его рук бокал шампанского. — Мне нужно найти маму…

— Твоя мама беседует с каким-то французом: он не только свободно изъясняется по-английски, но и явно в восторге от ее общества. Побудь со мной. Ты обдумала мое предложение? — спросил он, понизив голос.

«Ни о чем другом и не думала», — мысленно ответила Харриет.

— Да.

Лео потянул ее в тихий уголок зала и закрыл собой от посторонних взоров, пристально вглядываясь ей в лицо. Роза не требовала от своих гостей смокингов, и потому Лео был в обычном костюме с белой рубашкой, но костюм этот великолепно облегал могучее тело. А галстук у него, заметила Харриет, удивленно подняв брови, в точности того же тона, что и ее платье!

Лео улыбнулся, перехватив ее взгляд.

— Ты угадала, это не случайность. Харриет, carissima, я так тебя хочу! Поедем со мной в Фортино!

— Нет, Лео, — решительно покачала она головой.

— Почему? — сдвинул брови он.

— Это долгий разговор…

— Тогда пойдем ко мне в номер, — потребовал он. — Никто нас не хватится.

— Еще чего не хватало! — возмутилась она.

— А где же еще мы сможем спокойно поговорить?

— Ты забыл о моей маме, — напомнила она.

— Нонна хочет, чтобы Клэр осталась после приема, — спокойно ответил Лео — похоже, у него все было продумано. — Потом я отвезу вас домой вместе. После того, как мы побудем вдвоем, — значительно добавил он.

— Мне пора идти, — отрезала Харриет. — Меня ждет Роза.

— Опять Роза! — нетерпеливо воскликнул он.

— Если бы не она, мы бы никогда не встретились, — напомнила Харриет.

— Тогда я отправлюсь с тобой и поцелую новобрачную в знак благодарности, — немедленно отозвался Лео. — Но имей в виду: как только новобрачные уедут, ты пойдешь со мной.

Однако, когда молодожены, выслушав все добрые пожелания, сели в такси и помчались в аэропорт (им предстоял медовый месяц в Венеции), Лео узнал, что должен впервые в жизни признать себя побежденным. Тони Мостин пригласил всех гостей на ужин, и Лео не мог отказаться, чтобы не оскорбить бабушку и не вызывать новых трений между Мостинами и Фортинари.

Не говоря уж о том, что Харриет так и не ответила «да». Более того, оскорбленная его откровенным предложением, она присоединилась к группе молодежи и скоро весело болтала и смеялась вместе с Данте и юными кузенами Паскаля.

Лео явно нечего было делать в такой компании: он слонялся вокруг мрачнее тучи, бросая на Харриет убийственные взгляды. Та без труда угадывала его чувства и понимала, что ей грозит, стоит хоть на миг удалиться из-под защиты молодых людей, поэтому не отходила от них, пока Клэр не тронула ее за плечо.

— Харриет, Жан Тавернье согласился подвезти меня домой. Ты едешь с нами или останешься?

— Я с тобой, мама, — быстро ответила Харриет.

Если бы взор Лео мог убивать, Харриет уже лежала бы мертвой. Внутри у нее все дрожало под его тяжелым взглядом, но, собрав всю свою храбрость, она спокойно взяла мать под руку и начала обходить гостей, прощаясь с каждым по очереди.

Когда настала очередь братьев Фортинари, Лео галантно распрощался с Клэр, а затем повернулся к Харриет.

— Arrivederci.

Он поднес ее руку к губам. Взгляды их встретились, и Харриет невольно вздрогнула. Но, тут же взяв себя в руки, повернулась к Данте, протянула и ему руку для поцелуя и, не оглядываясь, направилась к выходу.

По дороге домой Харриет не участвовала в оживленной беседе Клэр и Жана: невидящим взором уставившись в окно, она удивлялась собственному бесстрашию. Как ей хватило смелости у всех на глазах унизить гордого Лео Фортинари?

В иных обстоятельствах она, пожалуй, осталась бы в гостиной и получила большое удовольствие, наблюдая, как очаровательный француз обхаживает ее мамочку, но сегодня сразу отправилась наверх, попросив Клэр на все телефонные звонки отвечать, что она в постели. Крепко спит.