Невеста-самозванка - Кэтрин Джордж

Вернувшись к себе, Харриет немедленно позвонила домой, чтобы поведать нежданную новость матери. Стоит ли говорить, как была изумлена и обрадована Клэр!

— Выходит, вы с Лео оказались в родстве — правда, очень дальнем!

Харриет промолчала — сама она только об этом и думала, но боялась загадывать, как скажется это на их отношениях.

— Пойду звонить Китти — представляю, как она удивится!

Харриет куда больше волновала реакция Лео. Он звонил после обеда, спрашивая о здоровье бабушки, но Харриет ничего ему не сказала, не желая лишать синьору удовольствия рассказать все самой.

Вечером, переодевшись к ужину, Харриет вдруг услышала стук в дверь. Думая, что это Сильвия или сиделка, она отворила — и оказалась лицом к лицу с Лео.

— Buona sera. — И он перешел на английский: —Знаю, я пришел слишком рано, но я не мог больше ждать.

— Беспокоился о Нонне?

Вместо ответа он обхватил ее руками и привлек к себе с отчаянием утопающего, хватающегося за соломинку.

— Я больше так не могу! — простонал он, прижимаясь лбом к ее пылающему лбу.

На миг Харриет показалось, что сердце ее сейчас разорвется от счастья.

— Я тоже, — прошептала она. — Но теперь иди к Нонне. Ей не терпится кое о чем тебе рассказать.

Лео с удивлением взглянул в ее сияющие глаза.

— Что такое?

Она только покачала головой.

— Идем вместе!

— Нет, она хочет поговорить с тобой наедине.

— Но почему?

— Иди — и все узнаешь, — улыбнулась она. — Я подожду в гостиной.

Ожидание тянулось невыносимо долго, каждая минута растягивалась в целую вечность. Наконец дверь распахнулась, и Лео, вихрем влетев в гостиную, схватил ее в охапку и закружил по комнате.

— Мы с тобой в родстве, подумать только! Теперь-то ты от меня не отделаешься!

«А я и не хочу от тебя отделываться», — думала Харриет, в сладкой истоме припадая к его губам. Но вдруг он посерьезнел и отстранился от нее.

— Позже, милая. Подожди до ужина. Мне надо с тобой поговорить.

— Но…

— Все — за ужином.

Едва за Сильвией закрылась дверь, Лео отложил вилку и заговорил, глядя Харриет прямо в глаза:

— Я знаю, что брак тебя не привлекает.

— Я должна признаться… — заговорила Харриет, но он остановил ее движением руки:

— Позволь мне договорить до конца. Твое открытие принесло Нонне огромную радость. Теперь выяснилось все — и что случилось с Кьярой, и почему ты так похожа на Розу. Хотя я с самого начала подозревал неладное…

— Просто не хочешь признаться, что тебя обвели вокруг пальца, — улыбнулась Харриет.

— Может, и так, — добродушно рассмеялся Лео. — Но сейчас речь не об этом. Если помнишь, Нонна и раньше хотела, чтобы мы поженились. Но теперь, когда выяснилось, что ты внучка Кьяры Руссо, она окончательно вбила себе в голову эту мысль и ничего не хочет слушать.

— А ты что об этом думаешь? — поинтересовалась Харриет.

— Ты прекрасно знаешь, что я думаю о тебе, — с нескрываемой страстью в голосе ответил он. — Неужели так трудно хотя бы притвориться, что ты хочешь выйти за меня замуж?

— Притвориться? — непонимающе переспросила Харриет.

Лео кивнул.

— Я знаю, мысль о браке почему-то тебя пугает. Но Нонна стара и слаба, сердце ее в любой момент может отказать — почему не доставить ей радость?

Харриет молча смотрела на него, в голове ее царила сумятица. Подумать только — несколько минут назад она готова была признаться, что согласна стать его любовницей!

— Чего же ты от меня хочешь? — прошептала она.

— По-моему, я достаточно ясно выразился, — ответил он, поднимаясь из-за стола. — Чтобы ты приняла мое кольцо. А теперь пойдем, порадуем Нонну.

— Лео, подожди! Я еще не сказала «да»…

Но он подхватил ее на руки и, заглушив протест поцелуем, понес ее вверх по ступенькам.

— По тому, как ты со мной целовалась, мне стало ясно, что ты согласна… Нонна, можно войти? Позволь представить тебе мою невесту!

Час спустя Харриет стояла посреди гостиной в доме Лео в Фортино.

— Не знаю, стоило ли нам уезжать… — заметила она.

— За Нонной присмотрит сиделка. Если что — она нам позвонит.

И Лео прильнул к ее губам в страстном поцелуе.

— Подожди, подожди! — задыхаясь, воскликнула Харриет. — Ты еще не ответил на мои вопросы!

— Уже отвечаю, — улыбнулся он. — Ты, кажется, хотела знать, созданы ли мы друг для друга?

— Значит, хочешь уложить меня в постель?

— А ты не согласна? — (Впервые в жизни Харриет прочла в его глазах неуверенность, даже уязвимость.) — В прошлый раз я не оставил тебе выбора, но теперь, хоть и желаю тебя больше всего на свете, сделаю все так, как ты хочешь. Но, если ты хочешь меня оттолкнуть, умоляю, не тяни!

— Я свой выбор давно сделала, — дрожащим от волнения голосом прошептала Харриет.

Как описать то, что случилось потом? Любовь не опишешь словами: довольно сказать, что Лео и Харриет любили друг друга — любили страстно, яростно, самозабвенно, отдавая друг другу все силы, всю душу, всю страсть.

Потом, когда вершина страсти осталась позади, Лео поднял голову и взглянул в ее затуманенные глаза.

— О чем ты думаешь?

— Кажется, я поняла, почему прежние приятели не вызывали во мне никакого отклика.

— Я догадываюсь, но все же скажи вслух.

— Очень просто, — улыбнулась Харриет. — Я из тех женщин, что не могут заниматься сексом без любви. Настоящей любви — в горе и в радости, пока смерть не разлучит нас.

— Так ты меня любишь?! — воскликнул Лео.

— Да, — прошептала она. — И перееду к тебе, если ты этого хочешь.

— Харриет, я хочу совсем не этого! Я просил тебя стать моей любовницей, потому что считал, что на большее ты не согласишься! Вот почему мне пришлось прибегнуть к шантажу — уговорить тебя на «фальшивую» помолвку, якобы ради блага Нонны.

— Как, значит, ты…

— Милая моя Харриет, неужели ты думаешь, что даже ради всех бабушек на свете я согласился бы обручиться с женщиной, к которой равнодушен?

— Значит, ты действительно хочешь на мне жениться? — не веря своему счастью, пролепетала Харриет.

— Конечно. А ты, любимая, — что ты теперь думаешь о браке?

— То же, что и раньше, — улыбнулась она.

— То есть?.. — потрясенно выдохнул он. Харриет улыбнулась.

— Не знаю почему, но ты вбил себе в голову, что я вообще не хочу выходить замуж. Ошибаешься, милый. Я против брака без любви — а это совсем другое дело!