Тайна от Бывшего - Екатерина Белая

— Правда? — отстранившись, спрашиваю.

— С этого момента ни одного боя, — утвердительно кивает он. — Клянусь.

И я снова бросаюсь к нему на шею. И снова реву, но уже от облегчения.

Хоть какой-то просвет в кромешной темноте. Слабый лучик надежды.

Крепко обняв Максима, вдыхаю его запах и мою душу первые за всё время наполняет лёгкость, не смотря на угрозу со стороны Макара.

Теперь я знаю правду, и Максиму больше не нужно отталкивать меня, чтобы спасти.

Мы вместе — это главное. И мы всё преодолеем. Справимся с любыми трудностями. Я верю Максиму. Верю, что он найдет выход и завяжет с опасностью и риском.

Но из радужного состояния меня вырывает вибрация мобильника в кармане Высоцкого. И когда он отвечает на звонок, я мрачнею, понимая, что звонит Ризванов.

— …Скоро буду в городе, — раздраженно рычит в трубку Максим. — Чё за кипишь? …Какие новости? Говори. — Резко отстранившись от меня, он хмурится и отходит к окну. — Понял. До связи.

— Что там? — спрашиваю, как только он завершает разговор.

— Ничего интересного, — летит короткий ответ. — Всё хорошо.

Но я вижу, что разговор с Макаром озадачил Высоцкого. Он выглядит загруженным и явно нервничает.

— Машину уже наверное починили, — пытаюсь скрыть грусть в голосе.

Максим не отвечает. Утягивает меня на улицу и, когда мы выходим за ворота, то видим там джип с заведённым двигателем и довольного электрика.

— Готово, — сообщает мужчина. — Принимайте работу.

— Надо ехать, — Высоцкий разворачивает меня к себе. — Что с больницей решила? Хочешь провериться?

— Уже не хочу, — мотаю головой. — В этом нет необходимости.

Мой ответ стирает с лица Максима нахмуренность.

Притянув меня к себе, он смотрит мне в глаза таким глубоким взглядом, что сомнений не остаётся — Высоцкий любит меня. Так же сильно, как и я его.

И чтобы понять это, не нужны слова. Достаточно взгляда, в котором читаются все чувства.

— Когда ты вернёшься? — глажу колючую щёку.

— Не могу сказать, — он целует мою ладонь, вызывая трепет. — Я позвоню. А ты дождись отца. Без него никуда не выезжай. Хорошо?

— Хорошо, — киваю и с тревогой прошу: — Будь осторожен.

— Буду, — улыбается он.

И, наклонившись, целует меня в губы. Осторожно. Нежно. Сладко. Заставляет меня таять в его руках, словно мороженое.

Не хочу его отпускать. Но это неизбежно. Поэтому нехотя отрываюсь от Максима и провожаю его. А когда черный джип отъезжает от дома, я с трудом сдерживаю слёзы и тяжело вздыхаю.

— У вас ещё будет время насладиться друг другом, — останавливается рядом со мной бабуля.

— Очень надеюсь на это.

И буквально живу этой надеждой на протяжении следующих нескольких дней.

Редкие звонки от Высоцкого хоть и радуют, но полностью не прогоняют тревогу. Я переживаю за него.

Но есть и хорошие новости — папина операция прошла успешно. Он быстро идёт на поправку и обещает приехать сразу же после выписки. Хотя я лично не вижу смысла в такой спешке.

Отцу надо полностью восстановиться, прежде чем ехать ко мне. Ведь в деревне безопасно.

Так я думаю ровно до того момента, пока в один из дней возле ворот не появлются два внедорожника, из которых выбираются несколько человек.

Они нагло заходят в дом, и я вижу среди них знакомое лицо.

Митронин.

— Что это значит? — встаю перед ним, пребывая в смятении.

— Тебе всё объяснят, — отвечает он, избегая моего взгляда. — Но позже. Сейчас ты должна поехать с нами, — и добавляет, немного помолчав: — Прости.

Глава 17

Макс

— …Не знаю, где тебя черти носили, но так дела не делаются, Макс. «Бездна» всегда должна быть под контролем старшего, — разоряется Ризванов в трубку. — Если сваливаешь, то оставляй того, с кого можно спросить. Иначе, бизнес в жопу.

— Да нормально всё, — скучающе тяну. — Пацаны не растерялись — сами провели запланированые бои. По бабкам как обычно вышло.

— Не беси меня лучше! — рявкает Макар. — Я не для того годами горбатился, чтобы ты за один миг просрал мне всё! Когда выйду, хочу увидеть «Бездну» в том же состоянии, какой она была.

Это вряд ли, — усмехаюсь про себя.

После того, как я перестал выходить в клетку, некоторые пацаны тоже с этим завязали. А новых не ищу, потому что башка другим забита.

На днях со следакими вопрос утряс. Я теперь свидетель, не более.

Макар на нарах чалится, и у меня в планах оставить его там на ПМЖ. Его влияние с каждым днём становится всё слабее и скоро совсем сойдёт на нет.

Всё идёт, как надо. Потихоньку проблемы решаются.

Я даже о будущем периодически задумываюсь. О семье мечтаю, которая будет у нас с Лисёной. О доме, который хочу построить для неё.

По бабкам всё ровно получается. У меня есть нехилые накопления с боёв, плюс квартиру можно впарить. А дальше посмотрим. Есть мысли по поводу транспортной логистики — хочу вложится в это дело. Знакомые коммерсы давно зовут. Но это пока в теории.

Сейчас я только землю под дом присматриваю. Приценяюсь.

Но точно не в деревне, где живёт Викина бабка. В ту сторону я даже мельком не смотрю. Во-первых потому что это глушь, второе и не менее важное — это сама бабуля. Её проделки мне боком выходят. Не хочу постоянно быть с поджатой задницей в ожидании очередной пакости…

— …Короче, тема — пушка, — вклинивается в мои мысли раздражающий голос Макара. — Мы выйдем на новый уровень. Представь, какие это возможности! Бабло лопатой грести будем. Гладиаторские бои — это новый виток в бизнесе.

— Какие бои? — напряжено переспрашиваю, надеясь, что ослышался.

— Гладиаторские. Я решу вопрос с организацией, а ты бойцов подберёшь. Сразу скажу — цифры гонорара там семизначные. Желающих будет хренова гора.

Слушаю его, а спину лютым холодом обдаёт. Ризванов окончательно долбанулся?

— Погоди…

— Мы будем первыми в этом направлении, — продолжает он воодушевлено. — Целый регион под себя подомнём, пока остальные ссыкуют. Знаешь, сколько людей хотят вложиться в это дело?

— Макар!

— Сотни! Народ жаждет зрелищ и готов вкидывать бешеные суммы в развитие…

— Какого хрена?! — рявкаю, теряя терпение. — Надеюсь, ты несерьёзно сейчас?! Никто из наших не пойдёт на мокруху в ринге!

— Да? А ты поспрашивай пацанов, которые всё детство с помойки жрали. Когда перед их глазами замаячат лямы, думаешь, они откажутся?

— И ты готов отправить их на убой — я правильно понял?

— Ну… Каждый сам решает, что ему лучше. Силой никого заставлять не будем. Дело добровольное.

— Отлично. Тогда я сразу пас.

— Ты пойдёшь одним из первых — это