Ищу жену с прицепом - Янка Рам

- Если всечь первым, Душа моя, то неизбежна.

Отдаю Светляку свою куртку, чтобы надела на пацана.

- Сюда подошёл! - повторяя интонацию, рявкаю на мужика. - Выродок ёбанный!

- Тебе чё надо, мужик? - осаживается.

Кое-что моё.

Глава 41 - Грузовики

А ему ну никак нельзя встревать в драки! Ведь впереди у нас куча инстанций.

И мне хочется вместо него. Самой. Самой этому мерзкому мужику каким-нибудь прутом зарядить.

Но мы - будущие родители. И это важнее всех тех эмоций, что рвут изнутри. И требуют сатисфакции за Кузьму.

- Свет.... - выдыхаю я. - Стой.

Игнорируя меня, хватает мужика за шкирку.

- Нет! - рявкаю я. - Не трогай его.

Сжимая кулак, Свет вдавливает им в скулу мужика, впрессовывая его в стену дома.

- Мужик, ты кто? - лепечет тот.

- Я.... я - отец, - кивает на Кузю.

- Венц?! - взвизгивает нетрезвая мать.

Открыв рот, теряю равновесие от того как поток обстоятельств, мыслей и догадок кружится вихрем, грозясь сложиться в четкую картинку: отец - Венц. Она их перепутала сейчас!

- Руками-то не маши! Пожалеешь! - пытается вывернуться мужик. - У меня ВИЧ, кровь пустишь, заражу!

ВИЧ! От ужаса меня передёргивает. И хочется экстренно отмыть Кузьму. И прибить эту... как ее Свет называл? Вику! Что допустила наркомана к ребенку. А она может и сама инфицирована?!

- Све....Тихомиров! - рявкаю я, исправляясь.

Пусть она думает, что он Венц! Зачем? Не знаю. Но пусть.

Тащу его в сторону.

- Послушай меня... - шепчу, путаясь в словах. - Стой... Стой! Господи, как объяснить то все?..

Венц - отец. Значит, Свет родной дядя. Даже больше!

- Светляк, иди за пацаном, а? Я сам разберусь.

- Нет! Нет!!! Я уже разобралась! - шиплю я, оттягивая эту глыбу.

Сил у меня сейчас на десятерых.

Но сказать Свету такую новость не решаюсь. А вдруг я ошиблась? Это же так обнадежить. А потом разбить в прах мечты.

От стука сердца себя не слышу.

Это же просто космос какой-то, если Кузенька сын Венцеслава!

Это же просто мечту любимому мужчине подарить! Потому что он совершенно официально может претендовать на отцовство. И даже тест докажет отцовство - они же близнецы! И тогда не важно - судим он или нет.

- Я сама сейчас всё решу. У нас новые обстоятельства.

Он удивлённо осаживается.

- Какие?

- Стой здесь! Балаклаву не снимай. В машину сядь. Прошу тебя! - силой впихиваю его туда.

Как я решу-то?!

- Кузя! - иду к ребёнку. - Кузя ты меня помнишь? Я - Света. Помнишь?

Присаживаюсь на корточки, укутывая его в куртку. Он тонет в ней.

- Помню.

Прикасается к моим волосам.

- Ты мой хороший! - обнимаю его. - Я тебя искала....

Надеваю на него капюшон.

Он растерянно стоит, поглядывая на мать.

Та смотрит на Тихомирова, что-то нашептывая своему мужику.

- Пойдем, поговорим с твоей мамой?

- Не-е-е-е.... Мамка звая. Я им "кухню" свевнул. Не пойду.

- Какую кухню? - не понимаю я.

- Они вавились... А я упав и все свевнув. У них бовше нет. Мне попадёт.

Ничего не понимаю. Только чувство какой-то запрещенки и гадости. С которой ребенок точно не должен соприкасаться!

- Не попадёт. Ты сейчас ко мне в гости поедешь. Хочешь?

- К тебе?

- Да. Там торт... Мы тебе мультики включим....

Нельзя так. Конечно же, нельзя открывать это "окно Овертона" ребенку. Ведь это ему с нами ехать безопасно. А если кто-то другой заманивать начнет, то очень-очень опасно!

- Пойдем, я тебя у мамы отпрошу, - немного исправляюсь я.

- Как это?

- Ну, вот так, я поговорю с ней и спрошу - можно ли тебе к нам в гости съездить. А она скажет - можно. И мы поедем! Будем купаться в ванне с пеной, будем есть торт и смотреть мультики.

- Как у деда было? - уточняет он.

- Слышишь.... - недовольно бросает мне эта Виктория. - Сына моего не трогай. Отошла.

Опасливо косится на машину Света. Подталкивая в плечо своего мужика, увещевает его, пытаясь отправить домой.

- Не ходи к мамке! - испуганно и заговорщицки шепчет мне Кузя. - Мне тебя жавко. Давай побежим пвосто.

- О, за меня не переживай! Вот, иди к тому дяденьке. Он нас не даст обижать.

Показываю на Света в балаклаве.

- К нему? - недоверчиво.

- Это самый добрый дяденька на свете! Самый-самый!

Отвожу Кузьму к Светозару.

Свет поднимает его на колени.

- Ну, привет, Кузьма.

Смотрят друг другу в глаза.

У меня все внутри сжимается, от того как долго, молча смотрят. И рыдания подкатывают к горлу огромным комом.

Погладив Кузьму по голове, пересаживает его рядом.

- Все нормально теперь будет, - обещает он. - С нами теперь будешь.

Достает из бардачка шоколадку.

- Держи-ка пока.

- Бвагадаю…. - сжимает шоколадку Кузя.

Куртка падает с его плеч.

Благодарит он.… - умиленно шмыгаю носом.

Свет выходит ко мне из машины.

- Она назвала меня Венц.... - засовывает сигарету в губы. - И что-то я не понял.... Это же не совпадение?

- Нет. Не совпадение.

Виктория, обняв себя за плечи, идёт к нам.

- Не опровергай! - шепчу я. - Ты - Венц.... Молчи! Я поговорю!

- Здравствуйте, Виктория, - делаю шаг вперёд. - Мы с Венцеславом хотим забрать погостить Кузьму.

Если я ошибаюсь, это сейчас и выяснится. А если нет.... то выяснится тоже.

- А что это вдруг, Венц? Отцовские чувства проснулись? - ловит его взгляд.

Наш! - подкидывает меня от эмоций.

Наш! Я знала! Я сразу почувствовала - родной!

Свет, закашливаясь, давится дымом.

- Ты же говорил, не твой! - обиженно и с пафосом.

- Венцеслав переосмыслил! - выпаливаю я быстрее Света. - Можно Вас....

Брезгливо сжав пальцами кофту, на рукаве, отвожу ее подальше.

- Венцеслав хочет общаться с ребенком. Вы же не против?

Смотрит на меня так, словно пытается найти подвох.

- Мы бы хотели взять Кузьму на выходные. Прямо сейчас.

- Пусть денег ещё даст.... На его копейки попробуй ребенка вырасти!

- Даст, - киваю я. - Но только один момент. У нас есть возможность оформить Кузю в хороший санаторий, и чтобы вам не бегать лично со справками и документами... Не могли бы вы на меня