Тайна от Бывшего - Екатерина Белая

В любом случае — ситуация патовая. Ведь в данный момент я вовсе не гостья в его доме, а заложница.

— Я из-за этого здесь? — решаюсь спросить. — Из-за сходства с мамой?

— Нет. Это не имеет ничего общего с моей изначальной целью. Даже если бы ты была копией своего отца, то всё равно сидела бы сейчас здесь, — звучит твёрдый ответ. — Я в первую очередь бизнесмен, а уже потом всё остальное. Да, я любил Веру, но она выбрала не того человека, что было ошибкой с её стороны. Выбрала бы меня — была бы жива до сих пор.

— Мама разбилась на машине. Это случайность!

— Да-да, — ухмыляется Владимир. — Хорошая сказочка. Только никакой аварии не было.

— Как это не было? Новость освещали по всему миру. Есть доказательства. Свидетели…

— Я устал, — резко перебивает он, поднимаясь из-за стола. — Возвращайся в комнату, — и, плеснув в стопку той же жидкости, он снова опрокидывает содержимое в себя. — На днях планируется важное мероприятие. Мне нужно собрать мозги в кучу. Поэтому веди себя тихо и не раздражай меня.

Не слышу его, пребывая в смятении от нашего разговора о маме. Хочу вернуться к теме про аварию, которой якобы не было. Но не успеваю даже рта раскрыть.

Позвав охранника, Владимир быстро покидает столовую, прихватив с собой бутылку спиртного.

То, что мой похититель не равнодушен к алкоголю, сильно тревожит.

У меня даже нет сомнений, что пьяный Владимир куда более опасен, нежели трезвый. Поэтому, вернувшись в комнату, я стараюсь вести себя очень тихо и молюсь, чтобы посреди ночи ко мне никто не ворвался.

Моя расшатанная психика подкидывает ужасные картинки, и я паникую, накручивая себя всё больше и больше. Но, как оказывается — напрасно.

До самой поздней ночи в доме царит тишина, будто я в нём совершенно одна. Не слышно ни звуков, ни шагов. И это немного успокаивает.

Но я всё равно остаюсь начеку.

Устроившись в кресле напротив двери, стараюсь не поддаваться усталости и слежу за входом. Но в какой-то момент отключаюсь, проваливаясь в сон.

В сознание возвращаюсь лишь утром. Уставшая и разбитая. Словно вообще не спала.

Не обращаю внимания на ломоту во всём теле и уже привычную легкую тошноту. Меня волнуют вещи поважнее.

В первую очередь я переживаю за папу. Он и так слишком слаб, а новость о моём похищении просто добьёт его.

Что вообще нужно Владимиру от моего отца? Какие цели он преследует? Чего хочет добиться? А если не добьётся — что в таком случае ожидает меня?

Сотни вопросов стучат в голове и усиливают мою нервозность, сводя с ума. И чем больше проходит времени, тем больше я нервничаю.

Хотя на протяжении дня меня особо никто не беспокоит. Только охранник, который молча приносит еду и сразу уходит.

А когда вечером он приносит мне ужин, я чувствую облегчение. Ведь это значит, что мне не придётся спускаться к столу и терпеть общество Владимира.

Но я в корне меняю своё мнение спустя несколько дней, которые проходят в абсолютной изоляции.

Тишина, оторванность от жизни и неизвестность атрофируют страх. И во мне просыпается отчаяние, толкающее на необдуманные поступки.

— Я хочу поговорить с Владимиром, — заявляю, дождавшись очередного прихода охранника.

— Он занят, — летит безразличное. — Не до тебя сейчас.

— Тогда, может, вы мне ответите? — настойчиво интересуюсь. — Зачем меня здесь держат? Я имею право знать!

— У тебя тут нет никаких прав, девочка, — агрессивно кидает мордоворот. — Заруби себе это на носу и не отсвечивай. Придёт время — всё узнаешь.

И время приходит тем же вечером. Когда в комнату заваливаются два здоровых амбала, которые выводят меня из дома и запихивают в один из черных джипов.

Владимир тоже выходит из особняка. Он садится в другую машину, и после этого мы выезжаем с территории дома, держа курс в сторону города.

Теряюсь в догадках и боюсь даже предположить, что будет дальше.

Сопровождающие охранники игнорируют мои вопросы, лишь многозначительно переглядываясь. Отчего я паникую ещё больше. Но когда вижу, куда мы в итоге приехали, волосы на моей голове приходят в движение.

Я ожидала от Владимира всё, что угодно. Но то, что он притащит меня в «Бездну» — стало полнейшей неожиданностью.

— Зачем мы здесь? — взволнованно спрашиваю, когда меня силой вытаскивают из машины и подводят к нему. — Что это значит?

— Долго рассказывать, — усмехается он. — Я лучше покажу.

И крепко схватив мой локоть, направляется к зданию.

Мы заходим в переполненный зал, и мордовороты расталкивают людей, чтобы Владимир без труда добрался до специально выделенной зоны, где стоят удобные кожаные кресла и столики с напитками.

— Вы двое — глаз с неё не спускайте, — приказывает он охране, усадив меня на одно из кресел. — Остальные за мной.

Смотрю в удаляющуюся спину, прикидывая варианты побега.

Но амбалы рядом чётко следуют приказу и в прямом смысле — не сводят с меня глаз, игнорируя всё остальное. Мне ничего не остаётся, кроме как сидеть на месте и наблюдать за безумием, творящимся в зале.

Народу здесь — тьма. Негде яблоку упасть.

Огромная толпа беснуется. Громкий гул голосов оглушает. Но их перекрикивает ведущий, который расхаживает по сцене и подогревает всех еще больше.

— …Сегодняшний вечер войдёт в историю! И вы все! Слышите? Все! Станете свидетелями фееричного, потрясающего и безумного зрелища! Вы готовы?! — орёт он задорно, подстегивая зрителей гудеть еще сильнее. — Готовы?! Точно?! Готовы, я спрашиваю?! Да! Тогда мы начинае-е-ем!..

Его голос утопает в тяжёлых басах музыки, свет в зале становится менее ярким. За то клетка буквально утопает в свете от прожекторов, акцентируя на себе всеобщее внимание.

Раньше так не было.

Всё слишком помпезно. Громко. Ярко.

Меня это настораживает и вызывает страх.

Мысли в голове путаются, потому что я пытаюсь связать происходящее с отцом.

Что сейчас с ним? Какую роль он играет в планах Владимира? На какие условия согласился?

Господи… Как же пугает неизвестность!

Пытаюсь бороться с накатывающим отчаянием и успокаиваю себя мыслями о Максиме. Ведь он уж точно никак не замешан в этом безумии.

Его дела с «Бездной» в прошлом. Бои — тоже.

Он обещал мне и сдержит слово. Я верю ему.

— Хорошо себя вела? — звучит вопрос, заставляя меня вздрогнуть.

Вскинув глаза, вижу Владимира, которого помимо охраны сопровождают еще несколько мужчин. Серьезных и строгих.

В одном из них узнаю Макара, и мне становится плохо.

Непроизвольно вжимаюсь в кресло, столкнувшись с его насмешливым взглядом, и не отвечаю на приветственный кивок, опустив