Босс замедленного действия - Оливия Хейл

— Да, — говорю я и наклоняюсь к ее соску. Он розовеет под моим языком. — Пойдем со мной на ужин в эту пятницу.

— Куда мы… о. Боже, — ее голос дрожит, когда я добавляю зубы. Она чувствительна здесь, я это понял, это одно из моих любимых мест. — Куда мы пойдем?

Я позволяю пальцам продолжить дразнить.

— На встречу с моими деловыми партнерами и их девушками. Или супругами, на самом деле.

— Деловыми партнерами? Как… другие члены твоей венчурной фирмы?

Я усмехаюсь ей.

— Да, в «Acture Capital». И тебе нельзя брать интервью ни у кого для записи.

Она улыбается мне в ответ.

— Я не о том думала. Но… как ты меня представишь?

— Как мою девушку, — говорю я.

У нее перехватывает дыхание, на этот раз это не имеет ничего общего с моими руками или губами.

— О, — говорит она. — Мне бы понравилось.

Я приподнимаю бровь.

— Хорошо. Потому что, если бы ты настояла, я мог бы представить тебя как младшего репортера газеты, которой мы совместно владеем, но думаю, это было бы неловко.

Она смеется, в глазах нежное раздражение.

— Нет, я не хочу, чтобы меня так представляли.

— Хорошо. Слишком длинно.

— Мы им не скажем, да? Где я работаю?

— Если не хочешь, — говорю я, приподнимаясь на локте. Я обвожу пальцем вокруг ее соска. — Но, если честно, ни один из них не будет против. Не должны, по крайней мере. Остальные тоже встретили своих партнеров на работе.

— Правда?

— Ага. Возмутительно, на самом деле.

— Вы все ходячие нарушения трудового кодекса.

Я усмехаюсь ей.

— Да. Но один недавно женился, один помолвлен, а третьи скоро обновляют клятвы.

— Я пойду на ужин, — говорит Одри, ее пальцы скользят в мои волосы. — И скажу им всем, что встретила своего парня в баре.

— Будучи на свидании с кем-то другим, — говорю я, цокая языком. — Должно быть, этот твой мужчина особенный.

Ее глаза сияют счастьем.

— Определенно.

ГЛАВА 19 Одри

Картер сидит на моей кровати. Ему не нужно было подниматься, но он настоял, теперь он совершенно бесполезен, пока я ищу подходящий наряд.

— Ты красиво выглядишь, — говорит он.

— Ты то же самое сказал про прошлое платье.

— Одежда меняется, но женщина остается прежней, — говорит он с усмешкой. — И именно ее я и хвалю.

Я закатываю глаза, но тоже улыбаюсь. Невозможно быть в плохом настроении, когда он рядом.

— Не помогает, но спасибо.

— Мне нравился каждый наряд.

Я поворачиваюсь обратно к шкафу. Все либо практичное, либо офисное, включая мои удобные черные лодочки.

— Ты в костюме, — говорю я. — А остальные? Нужно выглядеть нарядно?

Мне не нужно видеть его, чтобы знать, что он пожимает плечами. Он выглядит непринужденно в костюме без галстука, из серой итальянской ткани и белой рубашке под ним. Жаль, что у меня нет такого же простого варианта.

— Бери выпускное платье, — говорит он. — То, в котором была на балу.

Я достаю его из шкафа. Оно слишком длинное, во-первых, но воспоминание заставляет меня улыбнуться.

— До сих пор не могу поверить, что говорила с Дином Алленом.

— Это был отличный вечер.

— Ты подвез меня домой, — говорю я, проводя рукой по ткани.

— Именно так, — говорит он. — Ты тогда еще сомневалась во мне.

— Я не сомневалась.

— Но ты не до конца мне доверяла.

Я улыбаюсь ему.

— Нет, наверное. Но это никогда не мешало мне наслаждаться твоим обществом.

Он присоединяется ко мне у шкафа. Верный своему слову, он не сказал ни слова о все еще не установленном замке на моей двери или о маленькой миске с крысиным ядом в коридоре. Он даже не прокомментировал неумолкающую электронную музыку, которую мой сосед-студент включает через стену.

Он кладет руку мне на голую талию и целует в висок.

— Твое свидание было лучшим, которое я когда-либо срывал, — тихо говорит он. — Ты будешь хорошо выглядеть в чем угодно, но мне нравится эта.

— О, — я тянусь к красной блузке, ткань шелковистая на коже. Надену ее с юбкой и хорошими туфлями. — Хороший выбор.

— Не волнуйся насчет встречи с моими деловыми партнерами или их девушками, — говорит он.

Я целую его в щеку, но нервы не исчезают. Как они могут?

Это люди, которые покупают и трансформируют, или банкротят, целые компании. Это волнующе и абсолютно пугающе.

Мы выходим из моей квартиры, Картер бросает последний раздраженный взгляд на мою дверь, когда думает, что я не вижу. Я прячу улыбку. Его беспокойство о моей квартире мило, но для моего бюджета это отличное место, а Пирс — невмешивающийся арендодатель.

В машине пахнет той же кожей, что и всегда, я здороваюсь с водителем Майклом. Я узнала, что Картер пользуется услугами компании, и два водителя сменяются. Майкл и Том.

Мы действительно живем в разных мирах.

— Я прочитал твою статью сегодня, — говорит Картер.

— Правда? Я отправила ее тебе только около обеда.

— Я выкроил время.

— Она довольно длинная, — извиняющимся тоном говорю я. — Думаю, Букер может сократить как минимум вдвое, если решит публиковать.

Картер удивляет меня, качая головой. Его глаза серьезно смотрят на меня.

— Это отличная статья. Ты связываешь это со строительством в городе, ошибочной политикой защиты арендаторов и деловой практикой, которая, мягко говоря, находится в серой зоне закона. Это местная, расследовательская журналистика.

— Потому что я сплю с тобой?

Он смеется, удивленный и довольный, и тянется к моей руке.

— Нет. Хотя, признаю, это помогло убедиться, что я выкроил время прочитать ее. Но нет. Я сделал несколько заметок и пришлю их тебе, но они незначительные. Ты немного злоупотребляешь словом «следовательно».

Я стону.

— Я уже вырезала три «следовательно».

— Что ж, осталось еще около восьми лишних, — он сжимает мою руку. — Предложи ее Букер. Я не сомневаюсь, что она ее опубликует.

— Боже, надеюсь. Она пугает, в хорошем смысле. Я так рада работать на нее.

Улыбка Картера искренняя. Как будто он понимает.

— У меня когда-то был такой наставник. И, когда я наконец потратил годы на создание своего состояния, знаний и собственной инвестиционной компании, он пригласил меня присоединиться к нему и его партнерам. Я многому у него научился.

— Правда? Кто он?

— Тристан Конвей, — говорит он. — Сегодняшний хозяин вечера.

Мы прибываем к красивому зданию на Верхнем Вест-Сайде практически без запаса времени. Движение было плотным, с каждой медленной пробкой нервы в моем животе нарастали.

Картер благодарит Майкла и протягивает мне руку. Холл здания весь из мрамора,