Финишная черта - Мари Милас

Дедушка лишь слегка прищуривает глаза. В его настороженном взгляде появляется искра интереса. Она маленькая, но мы с бабушкой ее видим.

– Это правда, душа моя.

– Такова его жизнь.

Говорят бабушка и дедушка одновременно.

Двери снова распахиваются, и появляются последние участники этой спонтанной вечеринки.

– Извиняюсь, – бормочет мама, уткнувшись в свой телефон. Ее каблуки отбивают ровный ритм по паркету.

– Не извиняю, – отвечает бабушка. – Вы опоздали.

Папа следует за мамой, но останавливается возле бабушки, чтобы поцеловать ее в щеку.

– Привет, мама.

– Вы опоздали, – повторяет бабушка.

Мама вздыхает и со скрипом отодвигает стул.

– Елизавета, мы ехали из Лондона, чтобы просто поужинать с вами. Эти ужины…

– Эти ужины – наша традиция, – прерывает ее дедушка. – И ты должна на них присутствовать вовремя. Как и ты, – он переводит холодный взгляд на отца, устало плюхающегося на свое место.

– Уильям, – мама поднимает на меня взгляд и сразу же хмурится, только сейчас замечая Аврору. – А ты кто такая? – она осматривает ее так, как если бы копошилась в мусоре.

– А вы? – мило улыбается Аврора.

Бабушка скрывает ухмылку за рукой.

– Аарон! – возмущается мама.

– Сбавь тон, Лорен, – дедушка сжимает в руке вилку.

Ну не милый ли вечер в кругу семьи?

Просто прелесть.

Мои руки сжимаются в кулаки.

– Мама, если это возможно, понизь уровень токсичности. Иначе нам сейчас всем станет плохо.

Аврора роняет вилку от моего угрожающего тона, который ей не знаком. Она наклоняется, но я останавливаю ее на половине пути.

– Не стоит. Возьми любую.

А их чуть ли не целый десяток около ее тарелки.

Аврора медлит, а потом берет вилку для рыбы.

Мама кривится.

– Полагаю, можно порадоваться, что она не ест руками, Уильям.

– Мы все так или иначе едим руками, мама, – я бросаю салфетку на стол.

Рука Авроры находит мое бедро и сжимает, призывая успокоиться.

– Согласна, – кивает бабушка. – Навряд ли ты держишь вилку ногой, дорогая. – Бабушка вращает в руке бокал вина. – Это я пригласила Аврору. Мне понравилась ее футболка. Имеешь что-то против, Лорен? – ее приподнятая бровь говорит, что лучше бы Лорен заткнулась.

Мама краснеет так сильно, что ее светлые волосы кажутся почти белыми на фоне лица.

– Я просто не понимаю, – не успокаивается она, не сводя с меня глаз. – Ты отклонил всех претенденток, включая Бриттани, которая идеально нам подходит, а теперь приводишь в семью это.

Аврора тут же одергивает руку, я не успеваю ее остановить. 

Все внутри меня начинает искриться от гнева. Я закрываю глаза – то ли от стыда, то ли от бешенства, – ведь Аврора после нашего поцелуя сразу же слышит о других девушках.

– У нее есть имя! – рявкаю я. 

Папа потирает переносицу и делает глоток виски, словно мечтает оказаться где угодно, только не здесь. 

– Уильям, сбавь тон, – строго, но спокойно произносит дедушка. – Это правда? Ты снова отклонил всех? 

– У меня еще есть время.

– У тебя его не останется, если ты продолжишь специально избегать брака и отклонять всех претенденток.

– Они. Не. Подходят. – Я дышу так часто, что похожу на астматика.

Чего я ожидал? Что мне скажут: «О боже, Лиам. Ты впервые привел девушку. Мы так тронуты»?

– Может быть мы сменим тему, у меня гости! – Бабушка начинает злиться. 

Думаю, единственный спокойный человек в этой столовой – отец. Если бы прямо сейчас на наш дом прилетел астероид, он бы даже не сдвинулся с места. Иногда я мечтаю узнать, какие антидепрессанты он принимает. 

– Бриттани Майерс, мы обсуждали ее с вами, Аарон. Она училась с Уильямом в академии танца, у нее идеальная репутация, достойное наследство от обоих родителей. Отец владеет крупной строительной компанией. – Лорен Рассел скорее выпьет яд, который навряд ли убьет ее, чем прекратит давить на все население Земли. – Мать недавно снова вышла замуж – за маркиза Баттерси, и сделала это очень удачно. Они готовы сделать Бриттани полноправной наследницей, если мы согласны объединить наши семьи и капиталы. Я считаю, что это идеальный вариант, учитывая, что Уильям и Бриттани вместе учились и имеют много общего.

 – Я не имею абсолютно ничего общего с этой сукой. 

И с Бриттани. И с матерью.

 – Уильям!

Я даже не знаю, кто это произносит, потому что все голоса смешиваются воедино.

– Бриттани очень заинтересована в тебе, – мама продолжает напирать и смотреть на дедушку, ожидая поддержки.

Недавно я встретил Бриттани в ресторане, куда ходил с Аннабель и Валери. Она вела себя просто отвратительно. Еще ничего не решено, но в ее глазах уже плескалась власть. Я не мог даже сказать лишнего слова, чтобы не форсировать ситуацию.

Как мне это надоело.

Надоело обдумывать каждый шаг.

Каждый чертов вдох и решение.

– Закрой свой рот, Лорен, – бабушка хлопает по столу и переводит взгляд на Аврору, которая смотрит на все это представление широко распахнутыми глазами.

Никогда прежде я не чувствовал себя так отвратительно, как сейчас. От событий сегодняшнего дня у меня скоро взорвется голова.

– Я все сказал, мама. Она не подходит.

Я пытаюсь положить руку на бедро Роры, но она одергивает его.

Никто не заслуживает такого унижения. А особенно Аврора Андерсон. Особенно после того, как я ее поцеловал, и она доверила мне всю себя.

– А кто подходит? Она?

– Мне бы тоже хотелось узнать ответы на эти вопросы. – Дедушка смотрит на меня своим коронным взглядом, от которого все обычно дрожат от страха.

Я встаю из-за стола и хватаю Рору за руку, утягивая за собой.

– Спасибо за приятный вечер, дорогая семья. Это было правда очень интеллигентно. Ваше гостеприимство просто блеск.

Я выхожу с Ророй из столовой и веду ее в свое крыло. Это занимает порядка десяти минут, которые наполнены тягучим и почти убивающим молчанием.

Когда я завожу Аврору в комнату и захлопываю дверь, тут же прижимаю ее к себе и целую. Она сопротивляется, но постепенно расслабляется и приоткрывает губы, выпуская меня.

– Не слушай их. Умоляю, просто пропускай все мимо ушей, – бормочу я, сжимая ее талию.

Глаза Авроры