Я твоя пленница - Алёна Рю

– Какой ты красивый, – выговорила я и захотела коснуться и его, но он сидел дальше, чем я могла дотянуться.

– Что он ей дал? – спросил мужественный, у которого, как оказалось, я лежала на коленях.

– Какой-то чай, – ответил красивый.

Я посмотрела вверх. Над нами был высокий потолок из зеленоватого кирпича. В зазорах кладки рос мох. И пахло тут, прямо скажем, неважно. Зачем эти двое прекрасных во всех отношениях мужчин привели меня в такое место?

Меня покачивало, как на волнах, и зеленоватый потолок медленно двигался. Словно уплывал от меня. Или я уплывала от него. Я в лодке?

Не знаю, как я додумалась до такой гениальной мысли. Но стоило приподнять голову, поняла – точно в лодке.

– Куда мы плывем? – поинтересовалась я.

– К пристани, – ответил мужественный и чуть улыбнулся. – Твой план сработал.

План? У меня был план? Ах да, что-то такое припоминаю…

Кряхтя, я приподнялась и села. В голову словно что-то вонзили, и я поморщилась, касаясь ладонью лба.

– Ох, – только и выдала я.

– Похоже, эта сволочь не рассчитал дозу, – проговорил красивый и, подняв лежащий на дне лодки бурдюк, протянул мне. – Ниа, попей воды. Должно помочь.

Я откупорила пробку и принюхалась. И правда, вода. Сделала несколько глотков и выдохнула.

– Ничего толком не помню, – призналась я. – В голове одни осколки. Можно мне кратко рассказать, что случилось?

Голубоглазый, которого, как мне вспомнилось, зовут Кирианом, кивнул и принялся объяснять. Я, оказывается, отвлекала некоего Арвина, пока сам Кириан раздобыл взрывной порошок, подорвал стену и, пока тот самый Арвин приходил в себя, а стража продиралась сквозь поднятую пыль, вытащил своего племянника, а заодно и меня. Эту невероятную, но до жути увлекательную историю закончил красивый, оказавшийся принцем Алтимором:

– Так что вы спасли мне жизнь.

– Это все Ниа, – качнул головой Кириан. – Ты теперь обязан ей.

Алтимор улыбнулся так, что захотелось броситься к нему в объятья. Ну нельзя быть таким красивым!

– И этого я не забуду никогда, – сказал он проникновенно, что даже волоски на моей шее зашевелились.

Я снова отпила воды и, закрыв глаза, попыталась вспомнить. В голове всплыли туманные образы. Я на них останавливалась и пыталась посмотреть, что было дальше. Восстановить из обрывков воспоминаний хоть что-то цельное.

Мужчины меня не беспокоили, и мы плыли в молчании. И чем дальше, тем легче мне становилось. Вспомнилась сцена в тронном зале. Кинжал Арвина у горла, принц с окровавленным мечом. Затем Кириан. Как я сидела у него на коленях. И как обещала остаться с ним навсегда.

Чем больше я вспоминала, тем сильнее удивлялась – как это можно было забыть? Должно быть, на меня свалилось столько впечатлений, что моему сознанию нужен был перерыв.

– Что теперь? – спросила я, нарушая тишину. – Во дворец ведь возвращаться нельзя.

– Ты пришла в себя? – обрадовался Алтимор.

Я кивнула и выразительно посмотрела на Кириана.

– И помню все, что обещала.

Принц глянул на нас по очереди, но с вопросами помедлил.

– Когда я вас выручал, то был в маске, – заговорил Кириан. – А с утра говорил императору, что планирую уехать в свой замок в Аларии. Так что мое исчезновение подозрений не вызовет, а причастность надо будет еще доказать.

Замок в Аларии? Если он меня туда увезет, то и до меня руки Арвина с его матерью больше не дотянутся.

– И будет лучше, – продолжал Кириан, обращаясь к Алтимору. – Если я не буду знать, где ты скрываешься.

Принц сжал кулаки.

– Поверь, они так просто не отделаются. Я вернусь и отомщу.

– На твоем месте я бы выбрал начать новую жизнь, – качнул головой его дядя. – Но что-то мне подсказывает, что ты так не сможешь.

Я улыбнулась краешком рта. Он хорошо знал своего племянника.

– Иссиль обещала мне помощь, – ответил принц. – С ее армией мы…

– А ей точно можно доверять? – усомнилась я.

Оба мужчины посмотрели на меня с любопытством, и я высказала все свои соображения по поводу Делайлы, шпионки-Паулины, неслучайного обвала в той пещере и двуличности риферотской принцессы, писавшей не только Алтимору, но и его брату.

Мой рассказ, похоже, произвел впечатление. Потому что слушали меня внимательно, то и дело переглядываясь. А под конец задумались.

– Скорее всего, император даже не знает, что Делайла подсыпает ему в напитки, – добавила я. – Но именно с ней чувствует необыкновенный душевный подъем. Может, даже с годами пристрастился к этому.

– Тем более нам нужно вернуться, – горячо воскликнул Алтимор. – И уничтожить этот клубок змей.

– Не в текущем положении, – охладил его голос Кириана. – Тебе нужны союзники. И притом надежные. Иссиль может быть выгоднее поддержать Арвина. Сам подумай.

– Никто не хочет на троне бастарда, – уже спокойнее возразил принц. – Если дворяне увидят, что за мной сила, они перейдут на мою сторону.

– Но сначала тебе эту силу надо собрать. Кто-то должен рискнуть, поддерживая тебя. А много ли таких наберется?

Алтимор сложил руку замком и задумался. Я перевела взгляд на Кириана. Тот тоже размышлял о чем-то своем.

А я вдруг поймала себя на том, что мне уютно в обществе этих мужчин. Не так давно я видела в них только своих врагов, среди которых мне предстояло как-то выжить. Но сегодня все изменилось. Мы теперь в одной лодке. И я чувствую с ними близость. Так странно… Может, чай Арвина не окончательно выветрился из моей головы?

Мне даже подумалось, что вдруг у Делайлы есть в распоряжении и другие средства? Вдруг во время празднования триумфа Кириану что-то подсыпали? Поэтому он был сам не свой, когда ворвался в покои принца и до смерти меня напугал. Его тогда даже Августина бы не узнала. А в итоге их ссора с принцем сыграла на руку главной наложнице. Не императору, как я раньше думала, а именно ей.

– Мы почти на месте, – прервал мои размышления голос Кириана.

Мы выплыли из-под зеленых сводов городской канализации и оказались под открытым небом. Впереди виднелась пристань с высившимися, словно лес, мачтами кораблей. Закатное солнце окрашивало их в оранжевый цвет.

Приближалось время прощаться.

Алтимор направил лодку к одному из рыбацких пирсов и выскочил на берег первым. Развернувшись, протянул мне руку и помог выбраться. За мной последовал Кириан.

Мы молчали, и я чувствовала кожей, как воздух вокруг нас становился всё плотнее и напряженнее.

– Ну, – первым не