Долгая игра - Рейчел Рид

— Привет, парни! — раздался веселый голос из дверного проема.

Вошел тренер Вибе в спортивной одежде. Илья не мог не отметить, что та ему очень шла.

— Тренер, — они с Лукой одновременно поприветствовали Вибе.

— Я на девяносто процентов уверен, что с собаками сюда запрещено заходить, — сказал Вибе. — Но девяносто — не сто, верно?

Он принял эстафету чесания головы Чирона, только использовал для этого всю ладонь.

— Вы любите собак? — спросил Илья.

— Обожаю. У нас есть большой золотистый ретривер. Лоллипоп (леденец на палочке — прим. пер.). Это дети выбирали ей имя, не смотрите на меня так. В основном мы зовем ее Лолли.

— Я должен познакомиться с Лолли, — на полном серьезе сказал Илья. — Приведите ее как-нибудь на работу.

— Она нервничает в присутствии незнакомых, — ответил тренер. — Ее спасли из плохой ситуации, поэтому она предпочитает находиться дома и даже не любит отклоняться от привычного маршрута прогулок. Но она очень классная.

Илья чуть не рассмеялся. Его тренер реально был самым офигенным чуваком на земле.

— Вы поедете в больницу на этой неделе? — спросил тренер.

Каждый декабрь команда посещала местную детскую больницу. Илья ни за что не пропустил бы это событие.

— Конечно, — ответил он. — Я специально упражнялся в Mario Kart (серия компьютерных игр в жанре гонок японской компании Nintendo, спин-офф к серии Super Mario — прим. пер.), чтобы отыграться.

Тренер рассмеялся.

— А что наш звездный новичок?

— Да, — отозвался Лука. — Я буду.

— Надеюсь, Барретт тоже присоединится, — сказал тренер. — Знаю, что неделя для него будет тяжелой, учитывая предстоящую игру в Торонто, но думаю, это пойдет ему на пользу.

Илья согласился и пообещал, что Трой тоже будет.

Все поиграли с Чироном минут двадцать, а затем Харрис объявил, что за щенком приехал кинолог. Илья с грустью провожал их взглядом.

— Как думаете, другие собаки в его собачьей школе хорошо к нему относятся? — спросил он.

— Только лучшие из лучших попадают в это место, — заверил его тренер. — Это как НХЛ для собак.

— Да, но и в НХЛ есть огромные засранцы.

Тренер рассмеялся и похлопал его по плечу.

— Да, но не в Оттаве.

***

— Я признался Трою Баррету, — неожиданно выдал Илья неделю спустя.

Шейн чуть не подавился свежеприготовленным смузи.

— Что? — спросил он, еле откашлявшись.

Одно радовало, что они общались не по видеозвонку.

— Я сказал ему, что я бисексуал, — спокойно ответил Илья, как будто сказал Трою, что любит пиццу или что-то из этой серии.

Как будто уже в сотый раз рассказывал о своей сексуальной ориентации другим людям, хотя Шейн знал, что он почти никому об этом не говорил. Илья как-то обмолвился, что узнал Троя получше, и тот оказался не таким уж плохим парнем, но все равно казалось чертовски странным, что он выбрал именно его, чтобы поделиться столь тщательно хранимым секретом.

— Когда? Почему?

— Вчера вечером. Я давно хотел кому-нибудь рассказать.

Так. Шейн не знал, что это тяготило Илью, и почувствовал себя дерьмовым бойфрендом. Но об этом можно было побеспокоиться позже.

— Почему именно ему?

На несколько секунд повисла тишина. Затем Илья ответил:

— Ты не должен никому об этом рассказывать.

— Рассказывать о чем?

— Пообещай.

— Хорошо. Обещаю.

— Он первым признался мне.

Шейн моргнул.

— Прости. Что?!

— Он сказал мне, что он гей. Я не думаю, что он многим говорил это. Возможно, вообще никому. Поэтому я почувствовал, что тоже должен, понимаешь? Поделиться в ответ.

— Трой Барретт гей?

Учитывая, что Трой всегда казался Шейну гомофобным придурком, это едва укладывалось в голове.

— Да. Но это секрет.

Шейн закрыл глаза. Окей. Трой Барретт был геем, а теперь еще стал другом Ильи. Странно.

— Обещаю, я никому не скажу.

— Я знаю.

— Почему он тебе рассказал?

Шейна вдруг осенило — Трой рассказал Илье, потому что проявлял к нему интерес.

— Я вчера позвал его с собой в «Кингфишер». Он сказал, что это его первый поход гей-бар. — Илья рассмеялся. — Он бы тебе понравился. У вас обоих очень плохо получается быть геями.

— Очень смешно, — безэмоционально ответил Шейн. — И как все прошло в баре?

— Мы мило поболтали с квир-хоккеистами из Нью-Йорка.

— Скотт с Эриком тоже там были?

— Да. Они вообще-то владельцы бара.

— Я знаю, но... — Шейн вздохнул. — Ладно. Значит, ты встречался в баре с квир-игроками НХЛ.

— Чувствуешь себя обделенным?

— Ну да, в общем-то. А что вы там делали?

— Просто болтали. Пили пиво. Веселились. Ты такое не любишь.

— Трой всем там признался?

— Нет. Только мне. После бара. Мы пешком возвращались в отель.

— Как романтично, — пробурчал Шейн.

— Шейн. Он влюблен в Харриса. Не в меня. — Немного помолчав, Илья добавил: — Это тоже секрет. Хотя Трой слишком палится. Сложно не заметить, как он втрескался.

— Давай подытожим. Твой новоиспеченный друг Трой Барретт — гей и влюблен в SMM-менеджера вашей команды?

— Да.

— Ты удивился, когда он тебе рассказал? Потому что я неебически удивлен.

— Нет. Я же видел, как он смотрел на Харриса. А еще он несколько раз заглядывался на меня.

Шейн медленно выдохнул.

— Не думаю, что мне понравится Трой.

— Почему? У вас много общего. Вы оба невысокие, оба геи и оба находите меня горячим.

— Твои любимые качества в мужчине.

— Вы оба очень красивые. У обоих мягкие темные волосы. А еще у Троя тоже нет волос на груди.

— Давай уже перестанем говорить о Трое Барретте.

Илья рассмеялся.

— Ты так мило ревнуешь.

— Я совершенно не ревную к долбаному Трою Барретту.

Если конечно не брать во внимание, что Трой проводил так много времени с Ильей, играл с ним в одной линии и, как выяснилось, пялился на него в раздевалке и ходил с ним в гей-бары.

— Я рассказал тебе только потому, — продолжил Илья более серьезным тоном, — что мне хотелось... поговорить об этом с кем-то. Здорово, когда есть, с кем.

Стоп.

— Ты же не рассказал ему о нас?

— Разумеется, блядь, я не рассказывал