Кровь отверженных - Карин Слотер

Ее голос погрустнел: она представила, как вернется и будет одна в пустом доме.

– Ли? – сказал Хэнк, очевидно почувствовав ее страх. – Я могу остаться, если захочешь.

– Не глупи, – возразила она, голос прозвучал не слишком убедительно. – Я не трехлетний ребенок.

– Ты можешь прийти попозже, – нерешительно сказал Хэнк. – Хор послушаешь.

При воспоминании о концерте у Лены заныла душа. Когда Хэнк вернется домой, на улице будет уже темно, и в доме – тоже, как бы много огней она ни зажгла.

– Мне, кстати, завтра нужно подняться пораньше – бар проверить, – сказал Хэнк. – Пожалуй, приду домой сразу после службы.

– Хэнк, – сердце Лены рвалось из груди. – Послушай, иди на свой чертов концерт, хорошо? Я не хочу, чтобы ты опекал меня, словно маленькую. Ступай, не выводи меня из себя.

Ударил солнечный луч – открылась дверь, и из здания вышел Джеффри. Следом бежала Марла Саммс – протягивала шефу папку с документами.

– Ты уверена? – спросил Хэнк.

– Да, – ответила она, не рассуждая. – Послушай, мне пора. Увидимся, когда вернешься домой.

Лена повесила трубку, не дожидаясь ответа.

– Господи! – воскликнул Джеффри, едва успев открыть дверь автомобиля. – Кондиционер работает? – спросил он и бросил ей папку, переданную Марлой.

– Да, – пробормотала Лена.

Она пересела на пассажирское место и бессознательно отодвинулась к самой двери. Если Джеффри и заметил это, то никак не прокомментировал.

Джеффри швырнул пиджак на заднее сиденье.

– Я говорил по телефону, – сказал он, вид у него был озабоченный. – Моя мать получила травму. Я должен ехать в Алабаму.

– Сейчас? – спросила Лена и взялась за дверную ручку.

Она подумала, что ей нужно позвонить Хэнку из своего автомобиля и попросить, чтобы, он ее подождал.

– Нет, – сказал Джеффри, заметив ее движение. – Вечером.

– Хорошо, – сказала она, но не убрала пальцы с ручки, делая вид, что они лежали там просто так.

– Так некстати уезжать в разгар дела. Может, Марк Паттерсон прояснит ситуацию.

– Вы что же, думаете, все дело в размолвке? – спросила Лена.

– Возможно, он скажет о других девушках, о матери ребенка.

Лена кивнула, хотя подумала, что вряд ли это случится.

– Я говорил с Брэдом. В Рождество Файн не ездил с детьми кататься на лыжах. – Джеффри нахмурился. – Позвоню Брэду после разговора с Марком. Возможно, заставлю его вспомнить что-нибудь еще.

Он помолчал.

– Уверен, он бы сказал, если бы там и в самом деле что-то произошло.

– Да, – согласилась Лена.

Брэд был из породы копов, что собственную мать задержат за переход улицы на красный свет.

– Первым делом вы с Брэдом завтра поговорите с учителями Дженни Уивер. Побольше узнайте о ее характере, о том, с кем она дружила. С девочками тоже поговорите, с теми, кто ездил кататься на лыжах вместе с Дженни и Лэйси. Возможно, они ходят в ту же школу.

– Хорошо.

– В Алабаму я не могу не поехать, иначе сам бы все сделал.

– Не беспокойтесь, – сказала она, не понимая, зачем он извиняется.

С технической точки зрения на нем лежала ответственность. Однако в данный момент Джеффри вряд ли смог бы далеко продвинуться. Если Марк не укажет ни на кого пальцем, им и ухватиться не за что.

– Хочу также, чтобы ты как можно раньше поговорила с Файном.

Он взглянул на часы и продолжил:

– Завтра утром. К священнику возьми с собой Фрэнка, а не Брэда.

– Хорошо, – сказала она.

– Ты сказала, что знаешь его… священника, – начал Джеффри и пустил автомобиль задним ходом. – Думаешь, он способен на это?

– На что? – спросила Лена, а потом вспомнила суть дела. – Нет, – ответила она. – Он неплохой человек. Просто я с ним не общаюсь.

Джеффри бросил на нее красноречивый взгляд: дескать, а с кем ты общаешься?

– Кстати, я договорилась с ним о встрече завтра вечером, – сказала Лена.

– Договорилась?

Лена глянула на приборную доску.

– Вы мне сами раньше это советовали, – напомнила она, – поговорить с кем-нибудь по душам.

– Может, на эту тему тебе не следовало бы…

– Нет, – заявила она. – Я хочу это сделать.

Попыталась улыбнуться, но улыбка вышла фальшивой – Лена и сама это почувствовала.

– Я его удивлю, верно? Он подумает, что я пришла на терапевтический сеанс, а я вдруг спрошу его о Дженни и Паттерсонах.

Джеффри, нахмурившись, вывел автомобиль со стоянки.

– Мне это как-то не нравится.

– Вы сами говорили, что во время интервью лучше всего застать собеседника врасплох, – напомнила она, не позволяя отчаянию прорваться в голосе. – Кроме того, Хэнк сам хотел с ним встретиться. Не то чтобы я….

Лена поискала нужное слово и, не найдя его, заявила:

– Я не стану говорить с ним по душам, хорошо? Он странный. Я ему не доверяю.

– Почему?

– Не доверяю, и все, – ответила она. – Интуитивно.

– Но ты не думаешь, что это его работа?

Она пожала плечами, изыскивая способ пойти на попятную. Как бы объяснить Джеффри, что главная причина ее недоверия к Дейву Файну кроется в том, что он – проповедник? В этом отношении Джеффри не умнее Хэнка. Неужели нельзя понять: как ей, изнасилованной религиозным маньяком, захочется говорить об этом с проповедником?

– Не знаю, может, он на это и способен, – сказала она.

Ложь, кажется, примирила ее с Джеффри.

– Хорошо. Только возьми с собой Фрэнка.

– Обязательно.

– Это не допрос. Просто мы пытаемся выяснить, что ему об этом известно. Не дави на него.

– Знаю.

– Поговори еще с кем-нибудь, – сказал он. – Это условие, Лена. Я позволил тебе так рано вернуться на работу, потому что ты пообещала поговорить с кем-нибудь о том, что произошло.

– Да, – кивнула она. – Обязательно поговорю.

Он смотрел на нее, пытаясь понять, что у нее на уме.

Она сменила тему:

– Как она? Я о вашей матери.

– Спасибо, ничего, – ответил он. – А ты как себя чувствуешь?

– Нормально, – с подчеркнутым спокойствием произнесла она.

– Этот разговор с Сарой…

– Все в порядке, – прервала она таким тоном, что будь на его месте Хэнк, то он бы тут же заткнулся.

Джеффри, разумеется, не был Хэнком Нортоном. Он не отступил: