Пропавший без вести - Люси Кларк

Проходя мимо дома Айзека, я по привычке опускаю взгляд, хотя знаю, что сейчас его смена на буровой вышке.

Я представляю, как он сидит во мраке своей хижины, скрестив пальцы, и наблюдает. Он постоянно наблюдает.

«Может, ему что-то известно?» – шепчет внутренний голос.

Я резко качаю головой. Неподалеку от нашего дома вокруг костра собралась группа людей.

– Все повторяется, правда? Айла пережила то же самое… – доносит ветром чей-то голос.

Это Джо, рядом сидит Бинкс, у них в руке по бокалу. Напротив них Диана с Нилом и еще пара незнакомых людей спиной ко мне. Раньше и мы с Ником тоже вытащили бы свои шезлонги и уселись бы с бутылкой вина, прикрыв колени пледом, но сегодня я лишь прислушиваюсь, застыв в тени.

Нил говорит тихо, слегка растягивая слова:

– Никогда не забуду взгляд Айлы. Она стояла у берега и смотрела вдаль… с такой безнадегой. Она была совершенно разбита. Словно в одночасье лишилась всех жизненных сил.

– Ты сделал все возможное, Нил, – уверенно отвечает ему Диана.

Нил тянется за бокалом и наливает вина почти до краев. Диана отводит взгляд.

– Жаль, у Айлы больше не было детей, – вступает Бинкс. – Из нее вышла прекрасная мать.

Позади них видны смутные очертания домика Айлы. Заброшенный и пустой, в темноте он выглядит как-то осуждающе. Если бы сейчас там горели свечи, а Марли спал в своей кровати, все было бы иначе.

Над головой, хлопая крыльями, проносится летучая мышь.

– Ты же помнишь, она была не в себе, – говорит Джо. – Зациклилась на своих безумных теориях. С другой стороны, ее вполне можно понять.

Там вдалеке, за костром, за пляжем, простирается до самого горизонта мрачное и знающее все тайны море.

– Каких теориях? – интересуется кто-то сидящий спиной ко мне. По голосу я узнаю Лоррейн.

– О том, что случилось с Марли. Его тело ведь так и не нашли, – объясняет Бинкс. – Как матери пережить подобное? Она иногда просит нас рассказать, кто что видел, как все произошло. Прямо сердце разрывается, – тихо добавляет Бинкс, глядя на воду.

– Так Айла не верила, что ее сын утонул? – спрашивает Лоррейн.

Остальные явно поражены ее прямотой.

– Марли был отличным пловцом, – отвечает Бинкс, – вот она и… скажем, сомневалась. Даже подозревала, что люди от нее что-то скрывают.

– Айзек, например, – раздается грохочущий голос.

Роберт! Как же я его раньше не заметила. Вот он, сидит рядом с Лоррейн. Раньше его невозможно было заманить на посиделки у костра, особенно в компанию с Нилом, но, заметив, как близко к Лоррейн стоит шезлонг Роберта, можно догадаться, что привело его на эту сторону пляжа.

– Почему именно Айзек? – с явным любопытством отзывается Лоррейн.

Все молчат, и я задерживаю дыхание.

Наконец Джо отвечает.

– Наверное, – задумчиво говорит он, – потому что Айзек такой чудной. Держится особняком, живет один, к нему не приезжают ни родные, ни друзья. Его интересуют только катер и рыбалка, хотя в этом нет ничего криминального. К тому же Айзек спас Джейкоба. Вряд ли его стоит в чем-то подозревать.

Нил поднимает бокал и отпивает сразу половину.

– Трудно поверить, что Марли сейчас было бы семнадцать, – говорит Бинкс. – Не мальчик, а просто ангел. Помнишь, Джо, как они с Джейкобом сделали подвеску из коряги? Собрали всяких ракушек, камней, перьев и всего такого и привесили к этой деревяшке.

Я точно помню. Нику пришлось одолжить у кого-то дрель, чтобы просверлить дырки в ракушках, сквозь которые мальчишки продели нить. Не понимаю, чего я прячусь в темноте, ведь это мои друзья. Я делаю шаг вперед, когда вдруг слышится голос Лоррейн:

– Представляю, каково было Джейкобу – вот так потерять лучшего друга.

– Сначала ему пришлось нелегко, – отвечает ей Диана. – Он почти все время молчал, даже из дома особо не выходил. Сторонился моря, хотя теперь-то не вылезает из воды.

– Что вы думаете по поводу исчезновения Джейкоба? – тихо спрашивает Лоррейн. В ее обеспокоенном тоне слышны нотки желания послушать сплетни.

Рядом с ухом пролетает пищащий комар, но я будто застыла. Едва дышу. Комар кусает меня в руку.

– Как-то странно, что он пропал в годовщину смерти Марли, – дерзко выдает Роберт.

– Почему? – решительно возражает Нил. – При чем тут вообще годовщина?

В беседе появляется заметное напряжение.

Роберт молчит, а Нил встает с шезлонга и подбрасывает в костер бревно. Искры летят во все стороны.

– Все это очень тревожно, – говорит Лоррейн. – Прошло уже сколько, дня четыре? И никто его не видел, а в найденных кедах лежали свернутые носки – как будто он снял их и пошел купаться. – Она замолкает. – Зачем купаться ночью, тем более одному? Наводит на всякие мысли, да?

– На какие такие мысли? – настойчиво спрашивает Нил.

– Ну, не знаю, – уже не так уверенно отвечает Лоррейн. – Сара говорит, что по одной из версий полицейских Джейкоб… нарочно пошел плавать ночью. Что он не хотел возвращаться.

– Они считают, что Джейкоб покончил с собой? – уточняет Нил. – В годовщину?

– Да как вам не стыдно! – с криком бросаюсь я вперед, загребая песок. – Как вам всем, черт возьми, не стыдно!

Они резко оборачиваются. Отодвигают шезлонги. Встают.

– Сара! Прости, – спешит с извинениями Лоррейн, – так некрасиво с моей…

– Думаешь, Джейкоб покончил с собой, да? – злобно говорю я. – Думаешь, ему так плохо жилось со мной и Ником, что он решил утопиться?

– Нет, я просто…

– Ты ни черта не знаешь о моем сыне! А ты! – обращаюсь я к Роберту. – Как ты смеешь обсуждать Джейкоба, когда твоя Каз…

– Давайте успокоимся, – вступает Диана.

– Успокоимся? Мой сын пропал, а друзья собрались в кружок посплетничать вместо того, чтобы, например, помочь с поисками! Я знаю, Диана, это ты рассказала полицейским о нашей с Джейкобом ссоре. Ну как, насладилась моментом славы?

– Пойми, я не хотела им врать – они спросили, не слышала ли я чего-нибудь…

Теплая ладонь ложится на мое плечо.

– Сара, милая, мы все перед тобой виноваты. Не стоило нам обсуждать Джейкоба – и точка. Мы понимаем, как тебе тяжело. Честное слово.

Джо, такой разумный и добросердечный.

– Джо прав, – вторит ему Диана. – Мы все переживаем за Джейкоба.

– Неужели? Мы с Ником видели, как ты, Диана, стояла у себя на террасе и подслушивала. Это ведь ты поделилась с констеблями своими домыслами о годовщине смерти Марли?

– Я ни слова об этом не сказала! – отнекивается Диана и смотрит на Нила.