Как ни крути - помрешь - Ким Харрисон

Слишком привлекательно все это звучало.

– И с чего? – спросила я, забирая карточку обратно. Оншевельнул плечом.

– У меня напарник уволился в прошлом году. Мне кто-тонужен.

А-а… Он что, думает, я хочу стать страховым инспектором? Ой,нет!

– Увы. У меня есть работа, – хмыкнула я. Дэвиднетерпеливо фыркнул.

– Нет, вы не поняли. Я не хочу брать напарника. Я всехинтернов запугал, кого ко мне присылали, и никто больше ко мне идти не хочет.Так что мне дали два месяца, чтобы найти напарника, или мне прижмут хвост. Ялюблю свою работу и хорошо ее делаю, но напарник мне не нужен. – Он сделалпаузу; острый взгляд с профессиональным вниманием обшарил пространство у меняза спиной. – Я буду работать один. Вы подпишете бумаги, вступите в союз,получите скидку по страховке и ни разу меня не увидите, кроме как на пикнике,где мы хлопаем друг друга по плечу и устраиваем бег в мешках. Я помогу вам, выпоможете мне.

Брови у меня полезли на лоб, я не смогла их удержать, такЧТО предпочла смотреть на карточку, не на него. Платить на четыре сотни в месяцменьше – это здорово. Да и страховку за машину явно удастся скостить.Поддаваясь соблазну, я спросила:

– А госпитализацию вам как оплачивают?

Тонкие губы изогнулись в усмешке, чуть блеснули мелкие зубы.

– По «Серебряному кресту».

Голова у меня сама кивнула. Эта страховка придумана длявервольфов, но и для меня пойдет. Перелом – он всегда перелом.

– Ну, – сказала я, откидываясь на спинку скамейки, – вчем подвох?

Усмешка стала шире.

– Зарплата идет мне, потому что работать-то буду я.

Ага, подумала я. Он получит двойную зарплату. Самое что нина есть мошенничество. Хмыкнув, я подала ему карточку.

– Спасибо, нет.

Дэвид разочарованно вздохнул, принимая ее назад.

– Ну, простите, что попытался. Вообще-то это мойпрежний Партнер предложил. Мне бы надо было знать, что вы не согласитесь. – Онпоколебался. – Ваш партнер правда съел ту рыбу?

Я кивнула, впадая в депрессию при этой мысли. Ну хоть машинупопросила…

– Что ж, – он положил карточку рядом со мной, щелкнувею по бетону, – позвоните, если передумаете. Скажете секретарю добавочный, ивас соединят. Если я не в поле, то бываю в конторе с трех до полуночи. Может, ямог бы вас на самом деле в ученики взять. Мой последний напарник тоже былколдун, а у Вас, судя по виду, нахальства как раз хватает.

– Вот спасибо, – съехидничала я.

– Все это не так скучно, как кажется. И не так опасно,как ваши нынешние занятия. Может, если вас еще пару раз поколотит, вы ипередумаете.

Я задумалась: неужто он серьезно говорит?

– г– Я не буду работать на чужого дядю. Только на себя.

Кивнув, он небрежно коснулся головы в подобии салюта,повернулся и ушел.

Я встала, когда его аккуратная фигура скользнула в ворота.Он сел в серую двухместную машину, припаркованную напротив моей, и выехал. Япоежилась, узнав машину. Он вчера ездил за мной и Ником.

Зад у меня отмерз от сидения на бетоне. Я взяла карточку,порвала ее пополам и пошла к мусорному баку, но уже занеся руку, задумалась. Имедленно положила ее в карман.

Страховой инспектор? – издевательски спросил внутреннийголос. Скривившись, я вынула обрывки и бросила их в бак. Опять работать накого-то? Нет. Никогда.