Буря столетия - Стивен Кинг

Джек Карвер при этих словах хватается за голову. Но Майкедва ли реагирует. Он сохраняет хладнокровие, хотя лихорадочно думает.

– Как ты считаешь, улицы еще проходимы? – спрашивает онХэтча.

– На вездеходе? Да. До полуночи точно. А потом… Он пожимаетплечами с видом: «кто знает?»

– Возьми Кирка и езжайте в депо. Найдите там Робби с Генри.Смотрите в оба и будьте осторожны. Заприте помещение, а их привезите сюда. Амы… – Он смотрит на Линожа. – А мы тем временем приглядим за нашим новымприятелем. Справимся, Джек?

– Вряд ли это такой уж хороший план… – начинает Джек.

– Может, и нет, но сейчас это единственный план. Прости, ноэто так.

Все это не вызывает энтузиазма у народа, но командует здесьМайк. Хэтч и Кирк Фримен выходят, застегивая куртки. Глаза Джека вновь смотрятна Линожа.

Когда дверь за ними закрылась, Майк снова начинаетперебирать фотографии. Вдруг он останавливается и смотрит на…

…фотографию кресла Марты крупным планом. Окровавленное ижуткое, как старый электрический стул – но пустое. Руки Майка перебираютфотографии, находя следующую фотографию кресла. И на нем кресло тоже пусто.

На лице Майка озадаченность и удивление. Он вспоминает…

Ретроспекция: Майк в комнате Марты Кларендон. Он только чтозакрыл окно шторами и прижал их столом. Оборачивается к креслу Марты и щелкает«поляроидом».

Ретроспекция: волчья голова на трости крупным планом.

Нам в лицо глядят оскаленные окровавленные зубы и глаза, каку волка-призрака при ударе молнии. Затемнение.

В офисе констебля Майк выкладывает рядом три фотографиикресла.

– Нет ее, – говорит он.

– Кого нет? – спрашивает Джек. Майк не отвечает. Перебираетпачку и вынимает еще один снимок. На нем – послание, написанное кровью Марты, икаракулями нарисованная трость. Майк медленно поднимает взгляд на Линожа.

Линож приподнимает голову и приставляет палец к подбородку,как жеманная девица. И слегка улыбается.

Майк идет к решетке. По дороге, не глядя, прихватывает себестул, чтобы сесть, но глаза его не отрываются от Линожа. Фотографии все еще унего в руках.

– Вроде бы ты велел держаться от него подальше, –неодобрительно замечает Джек.

– Если он меня схватит, что помешает тебе его застрелить? –отвечает Майк. – Револьвер на столе.

Джек смотрит на стол, но не делает ни малейшего движения вего сторону. Бедняга нервничает все сильнее.

У берега причал почти сметен штормовым прибоем.

Маяк на мысу стоит прямой побелевшей иглой под валящимцелыми пластами снегом. Луч его ходит по кругу, и волны высоко взлетают вокруг.

Аппаратная маяка полностью автоматизирована и потому пуста.Мигают и вспыхивают огоньки. Ветер воет оглушительно, и стрелка анемометракачается между шестьюдесятью и шестьюдесятью пятью милями в час. Слышно, кактрещит и стонет все здание. Пена волн заливает окна, оставляя капли на стекле.

Снаружи огромная волна – чудовище вроде той, что снесласклад Питера Годсо – ударяет в мыс и едва не смывает маяк.

В аппаратной бьются окна, вода заливает аппаратуру. Волнауходит – и все работает. Пока что.

Из пожарного депо выходят Робби Билз и Генри Брайт,согнувшись против ветра. Это уже не те люди, которые входили… особенно потрясенРобби. Он вынимает связку ключей (ключи у него есть почти от всего, что толькозапирается на этом острове – прерогатива менеджера) и начинает ее перебирать,намереваясь запереть дверь. Генри неуверенно касается его руки. Им сноваприходится кричать, перекрывая шторм.

– Слушай, а не надо ли нам хотя бы заглянуть наверх? – робкоспрашивает Генри. – Посмотреть, вдруг там кто…

– Это работа констебля, – сухо отвечает Робби. Он видитвзгляд Генри, явно говорящий: «Теперь ты по-другому запел?», но намерения неменяет. Чтобы заставить Робби подняться наверх после того, что он видел внизу,понадобилось бы куда больше, чем мнение Генри Брайта. Робби находит ключ иповорачивает его в замке, запирая депо.

– Мы удостоверились, что жертва мертва, и мы отгородилиместо преступления от посторонних. Этого достаточно. А теперь пошли.

Педантичный Генри все еще возникает:

– Мы не проверили, что он мертв вообще-то. Ни пульс непощупали, ни что…

– У него мозги раскиданы по всему борту машины номер два,так на хрена же ему еще и пульс щупать?

– Ну и еще наверху там может кто-то быть. Джейк Сивьелло илиДьюан Палсифер, например.

– На доске дежурств только два имени: Ферд Эндрюс и ЛлойдУишмен. Если там есть еще кто-то, то это наверняка приятель этого Линожа, и яне хотел бы встречаться с его приятелями, если ты не настаиваешь. А теперьпошли!

Он хватает Генри за рукав куртки и фактически тащит его кснегоходу. Включает мотор и нетерпеливо газует, пока Генри забирается на своеместо, потом резко разворачивается и направляется вдоль по улице.

В этот момент из бури выныривает вездеход «Службы острова».Робби сворачивает, желая его обойти, но Хэтч понимает его намерения и аккуратноперерезает ему путь.

Хэтч выходит из вездехода с фонарем в руке. Робби откидываетбрезентовую дверцу снегохода и высовывается наружу. Он узнал Хэтча и сновапреисполнился сознания собственной важности. Опять всем приходится кричать,иначе не разобрать слов.

– Уберись с дороги, Хэтчер! Если хочешь разговаривать,можешь ехать за мной к мэрии!

– Меня послал Майк! Ты ему нужен в офисе констебля! Генри,ты тоже!

– Боюсь, что это невозможно, – отвечает Робби сиздевательской вежливостью. – Нас в мэрии ждут жены и дети. Если Майк Андерсонпозже захочет кого-то из нас поставить на смену – отлично. Но пока что…

– Ллойд Уишмен мертв, – перебивает его Генри, – и там что-тонаписано на борту пожарной машины. Если это записка самоубийцы, то такаястранная, что и вообразить трудно.

Подходит Кирк, придерживая обеими руками шляпу.

– Ладно, поехали! – говорит он. – Нашли тоже место длядискуссий!

– Согласен, – отвечает Робби. Ему все это надоело. –Продолжим дискуссию в мэрии – там тепло.

Он пытается закрыть дверцу снегохода, но Хэтч вцепляется вручку и не дает.