Стихотворения - Альфред Теннисон

Ответствовал отважный Бедивер:

"Не след тебя оставить, сэр Король,

Без помощи: ты слаб, твой шлем пробит,

А раненому повредить легко.

Однако я исполню твой наказ.

Взгляну, что будет — и вернусь сказать".

Так молвив, из часовни вышел он

На кладбище, в неверный лунный свет,

Где ветер с моря, холоден и дик,

Над прахом паладинов старины

Слагал напев. Извилистной тропой

Меж заостренных глыб сошел он вниз

К мерцающему зеркалу воды.

Там обнажил он меч Эскалибур,

И в то ж мгновенье зимняя луна,

Посеребрив края тяжелых туч,

Одела изморозью рукоять

В лучистой россыпи алмазных искр,

Зажгла огнем топаз и гиацинт

Отделки филигранной. Бедивер,

Сиянием внезапным ослеплен,

Стоял, раздумывая про себя,

Готовясь бросить меч; но вот решил,

Что лучше схоронить Эскалибур

Среди иссохших ирисных стеблей,

Что шепчутся под ветром у воды.

И к Королю побрел неспешно он.

И молвит Бедиверу лорд Артур:

"Исполнил ли веление мое?

Что видел ты? И что ты услыхал?"

Ответствовал отважный Бедивер:

"Я слышал плеск волны у тростников,

Прибой шумел и пенился у скал".

Слаб и измучен, молвит лорд Артур:

"И суть свою, и имя предал ты,

Заведомой неправдой запятнав

Вассала верность, рыцарскую честь!

Иного знака жду: раздастся глас,

Рука возникнет, дрогнет гладь воды.

Устам мужей не подобает лгать!

Теперь, велю тебе, спеши назад,

Собрат и друг, исполни мой наказ,

Взгляни, что будет — и вернись сказать".

И вновь отправился сэр Бедивер

Через хребты, прошелся вдоль воды,

Считая гальку, в мысли погружен;

Тут взгляд его упал на рукоять

Причудливой работы; хлопнул он

Ладонью о ладонь и закричал:

"Положим, я и выброшу клинок

Воистину бесценный талисман,

Ужели навсегда утратит мир

Сокровище, отрадное для глаз?

В чем благо, буде так произойдет?

В чем вред — коль нет? Непослушанье — зло,

Повиновением крепится власть.

Но должно ль покоряться королю,

Затеявшему вздор — себе во вред?

Король изранен, смысла нет в речах.

И что за память сохранят века

О Короле? Лишь вздорную молву

Да слух пустой! Но если меч сберечь

В сокровищнице доблестных владык,

Пред всем ристалищем клинок явят

И скажут так: "Вот меч Эскалибур:

Сработан Девой Озера клинок.

Над ним трудилась Дева девять лет

В глубинах вод у потаенных скал".

Так мудрый старец поведет рассказ

Перед благоговейною толпой.

А сгинет меч — и слава вместе с ним!"

Так молвил он, тщеславьем ослеплен,

И снова схоронил Эскалибур,

И к раненому возвратился вспять.

Тут, задыхаясь, прошептал Артур:

"Что видел ты? Или чего слыхал?"

Ответствовал отважный Бедивер:

"Я слышал, как у скал плескал прибой,

И как дрожала зыбь у тростников".

Воскликнул в ярости король Артур:

"А, жалкий, недостойный маловер,

Предатель малодушный! Горе мне!

Бессилен умирающий король,

Чей взор, умевший волю подчинять,

Померк! Я вижу, кто передо мной:

Последний из соратников моих,

Кому пристало мне служить за всех,

Готов предать за дорогой эфес;

Ты алчешь злата, или же, под стать

Девице, суетной красой пленен!

Но дважды согрешивший, в третий раз

Порой являет стойкость. Так ступай:

Но если пожалеешь бросить меч,

Своей рукою я тебя убью!"

Вскочил сэр Бедивер и побежал,

Легко преодолел скалистый кряж,

Извлек из камышей заветный меч

И с силой размахнулся. Острие

Черкнуло молнией в лучах луны,

Вращаясь, описало полукруг,

Тьму рассекло предвестником зари

Над бурным морем северных краев,

Где горы льда сшибаются в ночи.

Сверкнув, пал вниз клинок Эскалибур:

Но над водою поднялась рука,

Одета в белоснежную парчу,

Поймала меч, им трижды потрясла

За рукоять, и увлекла на дно.

А рыцарь возвратился к Королю.

Тут молвил, задыхаясь, лорд Артур:

"Исполнено; я вижу по глазам.

Так говори: что видел, что слыхал?"

Ответствовал отважный Бедивер:

"Зажмурил я глаза, чтоб блеск камней

Не ослепил меня (таких чудес,

Как эта рукоять, я не видал

И не увижу впредь, хотя б прожить

Три жизни довелось мне, не одну!),

И меч двумя руками бросил вдаль.

Когда ж взглянул опять, смотрю — рука,

Одета в белоснежную парчу,

Поймала меч за рукоять и, им

Потрясши трижды, под воду ушла".

Промолвил, тяжело дыша, Артур:

"Конец мой близится; пора мне в путь.

На плечи бремя тяжкое прими

И к озеру снеси меня: боюсь,

Проник мне в рану хлад, и я умру".

Сказав, он приподнялся над землей,

С трудом, на локоть тяжко опершись;

Был скорбен взор глубоких синих глаз

Как на картине. Храбрый Бедивер

Сквозь слезы сокрушенно поглядел

И отозвался б, да слова не шли.

Встав на колено, ослабевших рук

Кольцо он на плечах своих сомкнул

И раненого меж могил понес.

Он шел, Артур дышал все тяжелей,

Как ощутивший гнет дурного сна

В ночном безмолвии. Вздыхал Король

И повторял в бреду: "Скорей, скорей!

Боюсь, что слишком поздно: я умру".

Но Бедивер спешил через хребты:

В туманном облаке, слетавшем с губ,

Он мнился исполином мерзлых гор.

Вздох моря — за спиной, плач — перед ним;

Стрекалом мысль гнала его вперед,

Доспех бряцал в пещерах ледяных

И в гулких впадинах; сколь хватит глаз,

Лязг отзывался в скалах, только он

Ступал на скользкий склон, и тот звенел