Гамбит дождября - Андрей Люмнов

— Что не получается?

— Пюре не получается этим чудо-инструментом!

— Пойдём.

— Вот, — Марина показала пальцем в кастрюлю, — я не могу раздавить кусочки этим агрегатом. Она потрясла толкушкой.

— Выдыхай. Осознай своё дыхание и успокойся. Я сейчас принесу сито, и мы им процедим. А потом через сито протрём все кусочки.

Марина заворожённо наблюдала, как он процеживал суп и протирал крупные куски через сито.

— А вот это можно выкинуть, — сказал он, показывая на непроцедившиеся волокна.

— Ты — волшебник!

— Разливай по тарелкам и добавь пару веточек зелени, я буду ждать в столовой.

Она торжественно внесла и поставила тарелки.

— Подожди, сейчас хлеб принесу.

— Ну? — затаила дыхание Марина, когда Артём зачерпнул ложку, подул и съел. — Съедобно? Или как?

Он поднял на неё глаза. В них светилось что-то редкое — чистая, без иронии, признательность и удивление.

— Это не суп, Марина, — сказал он тихо. — Это... «солнце в дождябре». Спасибо за такое вкусное солнце.

Марина зарделась.

— Без тебя моё солнце было бы не таким чистым, а бугристым, в комочках.

— Мы вместе это сделали.

— А теперь вместе поедим и пойдём играть в боулинг!

Артём традиционно галантно уступил ей право первого броска.

— Только давай сегодня без клубка со спицами, а то на каждый бросок будут страйки.

Марина согласилась и бросила. И первым же броском сбила все кегли.

— Страйк! — завопила она. — Это надо записать! У тебя есть чем записывать?

Артём оглянулся и пошёл в самый дальний угол, присел на корточки и начертил пальцем на пыльном полу:

М - Х

А -

— Хорошо, что ты тот угол пропустила, — рассмеялся он и пошёл расставлять кегли.

— А ты помнишь правила боулинга? Кто следующий бросает?

— Нет, не помню. Я только один раз играл, да и то на встрече курса. Я больше общался, чем играл. Кинул только пару раз, для приличия. Запомнил только, что шары различаются по весу.

— И я не помню. И в интернете не посмотреть.

— Ну, это же наша игра, мы сами придумываем в ней правила.

— Тогда просто бросаем по очереди и записываем очки. У кого больше очков — тот и выиграл.

— А что выиграет?

— Желание!

— С одним условием. Желание будет приличное.

— Ну, конечно, приличное. Пусть мальчик Артёмка пяти лет не переживает по этому поводу.

Артём бросил и выбил пять очков. Марина бросила и не сбила ни одной кегли.

Страйк больше не выбил никто. После каждого своего броска Артём шёл и записывал их результаты. Сбивший последнюю кеглю шёл расставлять, чтобы второй приготовился к броску.

И всегда кегли расставлял Артём.

Марина стояла и смотрела на счёт.

— Мне уже не отыграться!

— А вдруг ты выбьешь страйк?

— Ты сам-то в это веришь? У меня только первым броском и получилось. Давай своё желание, Артёмка пяти лет.

— А я не придумал. Я не хотел выигрывать, честно.

— Но всё равно выиграл!

— Да лучше бы я проиграл. Очень хотелось узнать, какое желание придумаешь ты. А у меня желаний нет.

— Прям совсем? Ничего не желаешь?

— Из осуществимого — ничего.

— А из неосуществимого?

— Переместиться во времени и прожить тут с дядей хотя бы лет десять.

— Да, машины времени не существует.

— Но существует кофе, пошли пить кофе. Который бесплатный и не входит в общий счёт.

Марина посмотрела на запись игры.

М - Х | 0 1 0 0 | 3 1 0 | 4 0 0 | 3 0 | 22

А - | 5 3 0 1 | 3 1 2 | 1 1 4 | 4 3 | 28

— Завтра всё вымою, весь чердак полностью. А для записей завтра надо захватить листок и карандаш.

Артём пришёл на кухню первым и начал варить кофе сам.

Марина подошла и обняла его.

— Не откажешь девочке Мариночке в обнимашках?

— Ну, как я могу.

— Спасибо.

Он опять прижал её до хруста и понюхал её волосы.

— Я здесь только три дня, а ты мне уже такой родной. Как старший брат, которого у меня никогда не было.

— Ты здесь уже три дня и четыре вечера.

— Ага, помню. Влетела такая сырая курица. Я действительно думала, что это заброшенный дом и я просто пережду непогоду.

— «Вошел человек огромный, как Петр, Петроградскую ночь стряхнувши, Пелена дождя ворвалась с ним», — продекламировал Артём.

— Маяковский?

— Ну а кто же. Далеко машину бросила?

— На углу. Ближе было не проехать — там лужа с озеро.

— Сестрёнка, у нас сейчас кофе убежит.

Она разомкнула объятия, и он снял турку с огня.

Кофе пили молча, сидя рядом.

— Я здесь только потому, что решила переждать дождь час-другой, — начала диалог Марина.

— Правильно сделала. Поехала бы дальше и увязла бы в пяти километрах отсюда. И жила бы эту неделю в машине.

— Хорошо, что тут есть твой дом.

— Это моя гостиница. И не я выбрал это место, но оно как будто не случайно. Магнит для путников. Притягивает всех, кому нужна помощь.

— А сейчас откроется дверь и влетит такая же, как я.

— Уже не влетит. За эти дни дорога в кашу, после окончания дождя ещё пару дней не проехать даже на танке.

— А может, и хорошо. Третий сейчас был бы лишний.

— Чем займёмся? — спросила Марина в гостиной.

— Какие ты видишь варианты?

— Я хочу почитать Лукьяненко, если ты найдёшь, а ты продолжишь решать свои шахматные задачки.

— Лукьяненко... — задумчиво сказал Артём и пошёл к шкафу.

Долго перебирал книги, вынимал первый ряд.

— Держи, — протянул он Марине книгу, — Лукьяненко, «Черновик». Если понравится, то есть продолжение — «Чистовик».

— Гран мерси, — Марина опять попыталась изобразить книксен, и в этот раз получилось чуть лучше. Уселась в кресло и увлеклась чтением.

Артём сел в кресло напротив и стал расставлять фигуры.

— Пока ты до конца не увлеклась, позволю себе вопрос. Сколько готовится тартар?

— За час управлюсь. Напомнишь?

— Конечно. Я же не хочу остаться голодным.

— Пора.

Марина посмотрела на