Стихи: Русь замысловатая - Инна Ивановна Фидянина-Зубкова

бабка гроб покрывалом накрыла,

говорит: «Чтоб не дуло те, милый!»

Коротко

А бабе Дусе мы подливаем

всё время какого-то чаю,

она пьёт это чай и хохочет —

ещё чаю такого же хочет!

* * *

Дед съел бред на обед

и сказал: «Буду полпред!»

Бабка съела тоже

и сказала: «Гоже,

стану я женой полпреда,

в доме будет больше бреда!»

* * *

Знает мама как с властью боротися:

пойти в лес по грибы и на кусты материтися.

* * *

— Вот такие дела, — сказала баба Маша. —

Что ни день, то я всё краше!

* * *

Бабушки — это звёзды,

а дедушки — это бабушек отголоски.

* * *

В старости душа готова собой гордиться,

да тело не даёт.

Песни скоморошьи

Не ходите в эти города

Вот такие пироги!

А не хочешь, не ходи

в эти чудо-города,

в них сомненье да еда.

И какие-то железные трын-дрыны:

пробегающие мимо машины,

и вообще, одна сплошная беда!

И куда б ты ни пошёл — всё не туда.

Не бывать бы в этих городах никогда,

но зовёт упрямая туда

дорогущая купеческая жизнь.

Глянь кака многоэтажка, ток держись!

А внутри многоэтажки господа,

ни туда от них и ни сюда.

На потеху, что ли, выходи!

Будем делать с вами, короли,

маленьких, красивых королят.

Те вырастут, до Марса полетят,

чтобы, чтобы, чтобы в городах

не вспоминали о пузатых королях!

Песня скоморошья отчаянная

Жили-были на Руси

ни большие караси,

ни усатые сомы,

а дурные мужики,

мужики да бабы.

Хлеба нам не надо,

нам не надо сала,

давай сюда вассала —

на трон россейский посади.

И ходи, ходи, ходи

с работы к самогону,

и пущай законы

пишут только дураки!

Есть, конечно, на Руси

всяки-разны караси

и сомы усачи,

и стихи, баллады,

но нам того не надо!

Ведь я за родину Русь

не борюсь, не дерусь,

я за родину Русь не махаюсь,

я её на кусочки ломаю.

Кусок царю, царевичу,

кусок королю, королевичу,

кусок попу богатому,

кусок деду горбатому,

кусок за море, океан.

Кусок пьянице в стакан,

а последний кусок —

выпустим из него сок

и раздавим на куски.

А ну-ка, черти, уноси!

Но ты ж поди, погляди:

на Руси караси!

Ты ж поди, погляди:

и сомы усачи,

и стихи, баллады рядами.

Да чего же это деется с нами?

Деется, деется, деется,

никуда Русь родная не денется.

Лишь мы иссохнем и в прах рассыплемся.

Чаша терпения выпита

у Руси — у матери нашей.

Уноси отсюда тех, кто не накрашен!

Скоморошье счастье

Счастье скомороха:

базарная картоха —

спел, сплясал,

сварил, сожрал.

А коль таланта нету —

готовь себя к обеду,

супругу или тёщу.

Жить то надо проще!

(народ ухмыляется,

народу нравится)

Счастье скомороха:

если в жизни плохо,

надо веселиться —

покрепче материться!

(улыбается народ,

в хоровод уже идёт)

Пропоём и про царя:

коль ты царь, царём быть зря —

всякий тебя хает,

даже голь не хвалит!

(народец ржёт)

Бежит до нас солдат, орет:

«Караул, а ну сюды,

тут пройдохи и воры!»

Скоморошье счастье — кроха:

дёру дать! (народ заохал)

Вдоль глубоких дворов,

меж высоких теремов,

знаем мы куда бежать:

нам хоть до неба достать —

есть у нас кусты родные,

там репей. Солдат в мундире

не полезет по нему.

Я бегу, бегу, бегу!

Эй ты, матушка Русь,

за тебя удавлюсь,

удавлюсь, повешусь,

а будут вешать, «грешник»

не кричи на мя народ.

Не оценит, не поймёт

ор ваш бог на небе.

Так был я или не был?

Скоморох домашний — самый настоящий

Скоморохом

быть неплохо.

Скоморошьи дела:

колпак, лапти и дуда.

А скоморох домашний —

самый настоящий!

Что хочу, то и ору

да колядками пою:

— Слушай меня, кошка,

а на кошке блошка

не кровищу соси,

а отсюда пляши,

допляши до деда —

сварливого соседа,

вцепись-ка ему в рожу,

потому что так негоже:

драти за уши ребят —

самых честных пострелят!

Ведь мы не виноваты,

что груши красноваты

у деда злющего висят,

дразнят пацанов, девчат.

Так собирайтесь блошки в кучку

и вцепитесь в дедов чубчик!

Оп ля-ля, оп ля-ля… —

скоморошья игра.

А скоморох домашний —

самый настоящий.

Колпак, дуда и кошка:

«Ну сыграй ещё немножко!»

Песенка про Инкиных фраеров

Инка, как картинка,

с фраером гребёт.

Где же этот фраер?

Никто и не поймёт,

что его уж нету,

просто след простыл.

Ах ты, Инна, Инка,

нужен нам живым

этот лысый фраер,

тот смешной пацан!

Ой люлю-люлюшки,

плюшки, пирожки,

перевелись на свете

красивы мужики!

В руках похоронка,

я её отдам

ФСБ, разведке,

мэрам городов,

попью чай с конфеткой

и пойду во Псков.

Там я для картины

фраера сниму,

прилеплю на стенку

снимок и скажу:

«Фраер, лысый фраер,

любишь ли меня?»

Плакала картина,

рыдала и стена,

что фраера у Инки

ходят где-то там:

первый на том свете,

второй во Пскове сам.

Ой люлю-люлюшки,

плюшки, пирожки,

перевелись на свете

красивы мужики!

Какой дурной пошёл народ

Какой дурной пошёл народ:

огородами, огородами прёт,

тропами тёмными,

дорогами дальними,

песни поёт печальные.

Песни печальные

не кончаются,

птицы чёрные маются

на проводах.

Вот те и жизнь впотьмах:

ни книжонки какой,

ни «аз», «буки»;

голодные бродят внуки

и кричат: «Коляда, коляда!»

Захлопываются ворота —

прячутся бабы в хатах,

прижимают котов лохматых

со страху к своим грудищам.

Вот жизнь пошла! Слышишь? Свищет…

Песня огуречная

— Так (сказали мне ребята),

что-то стало маловато

в нашей жизни огурцов.

Не пора ль искать отцов?

— Ох, пора и даже надо!

Вот от хаты и до хаты

ходим, ищем не найдём —

видно, так отсель уйдём.

Ай, веселится да хохочет народ:

кто-то пляшет, кто-то курит,

кто-то врёт.

Пьют и даже огурцами хрустят,

поделится с нами что ли не хотят?

Эх, огуречный, огуречный рассол,

хорошо иль плохо пошёл.

— А зачем вам, братья, сдались отцы?

— Дык устали бегать полем, как псы!

Мы жениться хотим поскорей,

но не можем отыскать дочерей!

Где ж вы ходите, тести-отцы?

Перезрели уже наши огурцы!

О министерствах культуры

В министерстве стихов,

вроде, не