Среди гроз и теней - Анна Бруша

В черных глазах карлинга не было ни тени сомнения, лишь холодная решимость, его осанка была прямой – всем своим видом он бросал вызов собравшимся.

Тишина была сметена криками, свистом, улюлюканьем, хлопками и топаньем многочисленных ног. Трудно было представить, что тролльи маги могут вести себя столь дико и бурно.

Это стихия улеглась так же внезапно, как и поднялась. Люка окружили шесть троллей, с ног до головы, укутанные в мантии, с лицами, закрытыми капюшонами. Вместо поясов они носили цепи. Фигуры больше напоминали неупокоенных призраков, чем живых.

– Тень, – глубоким и зычным голосом произнесла одна фигура, – являешься ли ты истинной Тенью короля?

– Да, – без колебаний ответил Люк, выпрямляясь еще сильнее.

– У нас есть сомнение, – произнесла вторая фигура в капюшоне.

– Сомнение. Сомнение. Сомнение. Сомнение, – повторили другие фигуры.

Это слово начало распространяться по рядам магов, точно лесной пожар по сухостою.

Губы Йотуна тоже повторили это слово. Его голос влился в общий хор и был неотделим от него.

Суд. Вот, что ждало Люка. Знал ли он, куда шел? По этому поводу у меня возникли сомнения.

Йотун тихо вздохнул, его взгляд стал сосредоточенным и спокойным, будто он предчувствовал, что сейчас произойдет. Тролль с малиновыми волосами, что сидел рядом с ним, резко вскочил. Его лицо было искажено гневом.

– Ты нарушил древние традиции! Ритуал был проведен не по правилам, и ты не обладаешь нужной силой, чтобы быть Тенью короля. Ты недостоин этого высокого звания!

На противоположной стороне вскочил другой тролль, мне было не видно его лица:

– Ты можешь предать короля в любой момент!

– Ты не был готов, не был избран, – раздался еще один голос.

В зале нарастал гул голосов. Тролли начали перешептываться, указывая на Люка, а некоторые из них даже начинали подниматься, готовые поддержать страшные обвинения.

Люк сжал кулаки, его тело напряглось, он изо всех сил пытался сохранить спокойствие и скрыть бурю, что зарождалась у него внутри. На его лице отпечаталась пустая улыбка.

Я сильнее стиснула подлокотники кресла. Они напали на Люка, точно стая псов, и готовы были разорвать его на части, но медлили, словно растягивая удовольствие.

И все эти обвинения о том, что Люк занимает не свое место, недостоин… недостаточно силен и предан королю… Все это я уже слышала. Слухи и недовольство распространялись давно. Наложницы говорили об этом. Теперь я поняла, что все эти сплетни появились не на пустом месте, а были подготовкой к этому событию.

Мне понадобился небольшой перерыв, перед тем, как я смогла вновь вернуться в зал.

Один из капюшонов начал монотонным голосом:

– Можешь ли ты что-то сказать в свое оправдание, Тень?

Люк не двигался, его лицо сделалось непроницаемым, точно маска.

– Я отрицаю все обвинения, – его голос был низким и холодным, но в нем была уверенность, способная тронуть сердце любого, у кого оно было. – Ритуал был проведен правильно, и я прошел все испытания, чтобы занять свое место рядом с королем.

Зал ответил издевательскими криками и улюлюканьем.

Люк повысил голос:

– Я – Тень. Я доказал свою силу и готов быть тем, кто стоит рядом с королем.

Каждое слово было тяжелым, точно камень, и больше походило на заклинание, чем на ответ.

Карлинг пытался себя защитить и следовал ритуалу, принятому у троллей.

Вот только, как говорил мне Йотун: нельзя победить, если ты играешь по правилам Битвы королей, а твой противник ведет совсем другую игру.

Вперед выступил один из троллей, стоящий напротив Люка.

– Ты стал Тенью, но ты не стал тем, кто способен вынести всю тяжесть этого звания. Произошла ошибка, которую мы обязаны исправить. Ритуал был искажен, и ты не вправе занимать это место.

Он повернулся к залу:

– Есть ли тот, кто готов встать на защиту действующей Тени?

На мгновение мне показалось, что сейчас Йотун поднимется со своего места, но он остался сидеть.

Действительно, что за глупость с моей стороны. С чего бы ему помогать Люку?

– Что ж… никто не хочет встать на твою защиту добровольно, тогда, как того требует обычай, мы назначим одного из Аму Вайо.

– Нет. Я хочу защищать себя сам, – ответил Люк.

Они не стали спорить или пытаться его отговорить.

– Да будет так.

– Обвинителем же выступит…

Обвинитель не нуждался в дополнительном представлении. Йотун встал и медленно спустился к центру круга. Он остановился напротив Люка.

Зал замер в ожидании.

– Я обвиняю, – сказал Йотун.

И это было частью ритуала.

– В тебе нет достаточной силы, чтобы защитить короля не только от внешних опасностей, но также от него самого.

Люк взглянул на него и ответил:

– Я не боюсь пустых обвинений! Я – Тень! И уже доказал это, приняв у тебя кольцо.

Йотун склонил голову набок:

– Не каждый маг становится Тенью. Многие в этом зале не только сильны, но и искусны. Каждый предан королю, но всего этого недостаточно.

Зал взорвался аплодисментами, как будто он сказал что-то невероятное.

– Ритуал не был искажен! – настаивал Люк, демонстрируя свою руку с кольцом на пальце.

Руна ярко светилась синим цветом.

Я не слишком разбиралась в тонкостях суда у Аму Вайо, но выглядело все так, как будто слово одного было против слова другого.

– Я обвиняю, – снова заговорил Йотун. – Ты. Не. Чувствуешь. Скрытых. Намерений. Короля.

Это было сказано так, как будто Люк совершил что-то ужасное.

Но для меня фраза не имела особенного смысла.

Разве можно осудить кого-то за то, что он «не чувствует» чьи-то намерения.

Вот и Люк был того же мнения:

– Вздор! – фыркнул он, теряя самообладание.

Фигуры в капюшонах, хранившие молчание, заговорили:

– Это мы подтверждаем. Бывшая Тень сказал правду. Нынешняя Тень не чувствует скрытых намерений короля.

Судя по реакции троллей в зале, дело приняло серьезный оборот. Пока я ломала голову, что это означает, Йотун снова заговорил:

– Я обвиняю…

Но продолжить ему не дали.

Люк крикнул:

– Испытание! Требую испытание!

Маги зашумели и заволновались, приходя в движение.

Я видела азарт, разгорающийся в их глазах, и слышала, как некоторые украдкой начали держать пари и делать ставки.

Шум сделался совершенно невыносимым.

Капюшоны покинули центр зала.

Йотун шагнул к Люку и сказал:

– Просто откажись… останешься жив.

Люк ответил презрительным молчанием.

Тогда Йотун вернулся на свое место.

Я не решалась прервать видение, боясь что-то пропустить, но в какой-то момент ожидание сделалось почти невыносимым.

Наконец