Среди гроз и теней - Анна Бруша

Они окружили Люка кольцом и стали расходиться к краю свободного пространства, расширяя круг.

Голос, усиленный магией, торжественно возвестил:

– Да начнется испытание!

Воздух затрещал от сгущающейся магии.

Йотун хмурился, но смотрел за происходящим, не отрываясь. А вокруг Люка начали собираться тени.

Сначала легкие, едва заметные, но с каждым мгновением они становились плотнее и темнее, очертаниями все больше напоминая фигуры троллей. Они что-то нашептывали.

Люк приготовился к нападению, движения его пальцев были точны и строги, заклинание было почти готово, когда… тени отвернулись от него и двинулись на троллей, сидящих в зале.

А те повскакивали со своих мест, потрясенно крича.

Я поняла, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Люк бросился за одной из теней и послал заклинание, но тень не обратила на него никакого внимания.

Их цель… была другой.

Йотун.

Они стремились атаковать именно его!

Глава 41

Я сама распахнула дверь и ждала, когда двое троллей из Аму Вайо помогут Йотуну войти в дом. Рука у него была на перевязи. Серая мантия – в подпалинах и запекшейся крови. Его.

Когда наши взгляды встретились, Йотун коротко улыбнулся и кивнул.

Лица же его помощников остались непроницаемыми.

– Дальше я справлюсь сам. Благодарю.

Тролли почтительно поклонились и ушли.

Мы поднялись наверх в спальню Йотуна, и я помогла ему раздеться.

– И что же… ничего не скажешь? Это на тебя не похоже, – его зрачки были странно расширены из-за зелий, которые дал ему целитель.

– Очень больно? – спросила я.

Он покачал головой.

Я тихо вздохнула. Может быть, позже я смогу найти слова. Сейчас – нет.

– Он хотел отнять у меня то, что мне дорого, – сказал Йотун, проводя плавную линию по моему лицу: от виска к подбородку.

– Но не слишком ли… сурово…

– Не слишком, – ответил он, обрубая дальнейшее обсуждение.

Я подняла испорченную мантию и собиралась отнести ее вниз.

– Что ты делаешь? Ты же не служанка… Оставь.

Невозмутимая Гитте принесла теплого пряного вина. Я думала, что после него Йотун сразу заснет, и хотела уйти к себе, но он поймал меня за руку, удержал.

Я лежала рядом с ним, не смея пошевелиться и потревожить его. Йотун дышал медленно, глубоко, его рука все еще лежала на моей.

Ко мне же сон не шел… мыслями я возвращалась в зал.

Когда зловещие Тени вырвались из центра, тролли повели себя неожиданно по-человечески: кто-то попытался сбежать, ослепленный паникой, кто-то – замер, не в силах двинуться. Йотун же сражался. Весьма успешно.

Воздух зазвенел от творящейся боевой магии.

Йотун защищался, отбивая атаки сильными и точными заклинаниями, каждым ударом рассекая теней на части. Другие маги тоже вступили в бой, стараясь взять под контроль своих же созданий.

Одна из теней возникла за спиной Йотуна и хотела нанести удар в шею.

– Осторожно! – закричал молодой маг и слишком поспешно метнул заклинание.

Небольшая фиолетовая молния пробила наскоро сотворенную защиту и попала Йотуну в плечо. На мантии начало расползаться кровавое пятно, а рука повисла безвольной плетью. В прорехе виднелась глубокая рана.

Йотун едва сдержал крик, но сразу вернулся в бой. Тени не отступали, но он продолжал бороться. Оказалось, что он мог действовать одной рукой.

Наконец маги восстановили порядок и смогли развеять теней. Бой стих, и Йотун остался стоять на ногах, несмотря на рану.

Разозленные собственной трусостью Аму Вайо старались незаметно вернуться в зал и смешаться с теми, кто дал отпор.

Йотун оказался не единственным, кто пострадал от заклинаний, сотворенными Аму Вайо. Один из магов погиб на месте, еще несколько получили раны разной степени тяжести.

Люк стоял бледный в центре. Его губы дрожали от плохо сдерживаемой ярости.

Единственное, что мне было совершенно ясно – никто из присутствующих не ожидал, что ритуал обернется хаосом.

Но в итоге раненым была оказана помощь, маги вернули порядок в свои ряды, но зал все равно гудел, точно растревоженный улей.

В пылу битвы и последующих событий первоначальная цель несколько подзабылась, но теперь все пытались истолковать результаты испытания Люка.

Со своего места поднялся тролль с малиновыми волосами и подвижным лицом, которое приобрело почти комичное выражение, так сильно оно было искажено гневом. Он пальцем указал на Люка:

– Он не чист! Его кровь – грязная, как и его сила! Этот карлинг недостоин носить титул Тени и тем более защищать короля. Недостоин стоять среди нас! Своим присутствием он оскверняет этот зал.

– Да! – закричал другой тролль. – Он не прошел испытание! Магия отвергла его!

– Он – человек!

– Людям не место в сером братстве!

Негодование и ненависть обрушивались на Люка с такой силой, что в любой момент могли бы перерасти в новый бой. Тролли бы просто растерзали бы его, если бы не те, кто был в цветных мантиях, они окружили его плотным кольцом и вывели из зала.

Решение о судьбе Люка должно было быть вынесено среди высокопоставленных членов ордена и в куда менее торжественной обстановке.

Это был узкий зал, обитый темными деревянными панелями, одну из стен занимало большое полотно, на котором была изображена группа троллей: в центре сидел очень надменный маг его палец указывал за пределы картины, на того, кто осмелился бросить на нее взгляд. Два других тролля склонились к нему, как будто что-то нашептывая.

Йотун вошел в зал и занял место у стены, вся его поза говорила о том, что он просто явился сюда понаблюдать, как решится судьба Люка.

Сам же виновник происходящего в достаточной степени овладел собой, чтобы не показывать ни страха, ни смущения перед троллями.

Старшие маги рассаживались с какой-то издевательской медлительностью. Двигались стулья, шуршали мантии.

Наконец один из магов заговорил, бросая осуждающие взгляды на Люка:

– Итак… никогда мы не получали такого результата. Более того, Тень даже не смог вступить в лабиринт.

– Лабиринт? – переспросил Люк.

Маг недовольно поджал губы, но все-таки пояснил:

– Это, конечно, условность. Но суть испытания в том, чтобы не только проверить магическое искусство и потенциал, а прежде всего силу духа, преданность и связь с королем. Ты должен был столкнуться с иллюзиями и ложными образами, победить собственные слабости… Но что теперь говорить.

Люк молчал.

Йотун не пошевелился, его лицо оставалось непроницаемым, как и всегда. Но в его глазах было что-то… возможно, ожидание, возможно, сожаление.

Другой тролль вздохнул и устало потер переносицу:

– Чем хорошо испытание в таких случаях. Оно