Жертвы обряда - Маргарита Боулес

Мы и не подозревали, что линии наших судеб сплелись крепче, чем металлические стропы, и стали общей ношей. Велиал и Аиррэль – два брата, два друга и недруга, враждующих на протяжении тысяч лет. И все равно один не мог обойтись без второго.

Я видела, как страдает темный без очередной словесной перепалки с ангелом, как скучает по спорам, как ждет пробуждения брата, чтобы вылить на него водопад ругательств и насладиться полученным ответом.

Думаю, наша троица великомучеников идеально подобрана: демон, ангел и человек. Что может быть лучше? Не хватает лишь дьявола. Но и тут повезло – обстановку-то именно он нам, собственно, и подпортил. В общем, все в ажуре. Правда, сейчас из нашей пестрой компании выбыл Аиррэль, и мы словно остались без сердца, без главной драгоценности коллекции. Союз развалился на глазах, но мы не верили в поражение, стремились восстать против диктата судьбы или злого рока, пытались бороться. Увы, шансы выиграть чересчур малы, и руки опускались. Теперь и я, и Велиал начали понимать, что нас связывает не просто ненависть – нас сплотила потеря. И неопределенность: никто не знал, когда проснется Архангел.

Я боюсь представить, что будет дальше. День без любимого подобен вечности. А время идет. Разве я выдержу расставание с ним, смогу уйти, не попрощавшись?

Ответ очевиден: конечно же, нет.

Вернувшись в замок, демон совершил странный ритуал: осмотрел залы, потрогал стены, принюхался. Я наблюдала за ним издалека и не понимала, чего он задергался и что ищет. Выглядел темный встревоженным, беспокойство передалось мне. Но причины загадочного поведения остались без ответа. Велиал исчез, не попрощавшись и не объяснив забавных поступков.

За окном мела метель, снег валил хлопьями, застилая землю и цветущий сад, леденящий ветер подвывал и посвистывал. Замок поддался колдовству зимы, и комнатах стало ужасно холодно. Маршал предложил поддерживать тепло при помощи каминов, коих здесь насчитывалось немало. Однако Вилли с тревогой сообщил, что рабочий только в гостиной на первом этаже.

– Вот незадача! Но почему? – изумилась я.

– Раньше остальными не пользовались, – сказал Вилли. – Никто и не проверял их работоспособность.

– Займусь починкой, – решил Маршал и ринулся к старинным дымоходам, выясняя причины поломок.

Дел в замке у мохнатика после погрома Люцифера прибавилось столько, что и за месяц не управиться: то камины сломаются, то двери отвалятся, то обгоревшие ступеньки сорвутся, да еще и сквозь разбитые окна проникал студеный ветер. Маршал буквально разрывался на части, стараясь справиться с проблемами. Я вспомнила, как раньше, до эпохи пластиковых окон, бабушка заделывала щели в рамах на зиму, и предложила Вилли сделать то же самое с расколотыми витражами: обклеить бумагой трещины, а плотной тканью залепить здоровенные дыры.

Котяра согласился. Вилли летал по зале и мазал клеем трещины на окнах, а я трудилась внизу.

– Легионеры обещали починить витражи, – сообщил он, продолжая парить в воздухе и приклеивая очередную бумажную полосу.

– У них и без нас забот невпроворот. А в замке холодрыга еще та, – я поежилась. – Саймон говорит, демоны по приказу Люцифера не дают им житья, нападают, стараются пробить защиту.

– Хотят завершить начатое их командиром, – хмуро кивнул котяра.

Маршал притащил из кладовки дрова и распалил огонь в камине посильнее. К сожалению, вскоре поленья закончились, и мохнатик поплелся в лес. Вилли полетел за ним, но порыв ветра впечатал котяру в стену, и бедняге в итоге пришлось остаться дома.

Спустя пару часов в гостиной появился Саймоэль. Нахмурился, заметив догорающие угольки в камине и мой подмерзший нос. Я, укрывшись одеялом, скрючилась на обгоревшем диване, Вилли лежал у меня в ногах.

– Маршал не вернулся? – поинтересовался легионер.

Мы одновременно покачали головами.

– Я поищу его.

Но исчезнуть воин не успел. В дом ввалился двухметровый покрытый толстым слоем снега тучный… йети, не иначе. И лишь глаза выдавали нашего друга.

Маршал положил на пол топор и две здоровенные вязанки с древесиной, а потом стремительно отряхнулся, сбрасывая с себя сугробы. Но большая часть застряла в малиновом меху и свисала сосульками.

Вилли подлетел к другу и принялся смахивать снежный покров, Саймон бросился к вязанкам, схватил топор и в сумасшедше-скоростном режиме нарубил дров.

А я побежала на кухню и заварила чай.

Маршал сел обсыхать возле огня и с благодарностью принял ведерко горячего сладкого напитка, в который я добавила ягод и имбиря.

Вилли лег бочком возле камина, туда подсела и я, а Саймон доколол дрова и сложил их в причудливую идеально ровную пирамидку.

– Скай, держи, – Ангел протянул мне мягкую подушку. – На ней сидеть удобнее.

Я улыбнулась и предложила присоединиться к чаепитию, но Саймоэль открестился работой. Однако обещал залетать чаще и снабжать нас хворостом.

* * *

Дочитав рассказы Лавкрафта, я отправилась в библиотеку за новой книжкой. Но внезапно поддалась женскому порыву и решила навести порядок в шкафу. Все фолианты пропахли стариной, обветшалый вид многих древних свитков завораживал, но такого слоя пыли и паутины я никогда не встречала.

Я аккуратно брала книги и протирала экземпляры сухой тряпкой, стараясь не повредить обложки. Помимо произведений знаменитых классиков на полках у ангела нашлись и тома полузабытых авторов, многие издания явно стоили бы целое состояние в мире смертных.

Я копалась до глубокой ночи и осилила лишь малую часть. Устало взглянула на шкаф и посчитала количество оставшихся полок. Тринадцать – вполне символическое число.

Каждому жанру решила отвести отдельную полку и принялась сортировать книги в алфавитном порядке. Конечно, только те, которые сумела распознать. Свитки и издания на незнакомых языках пока что откладывала в сторону. Однако их я тоже решила структурировать – лингвистически.

Работка предстояла не из легких: сначала надо разобраться с письменностью, затем разложить все по жанрам и языку, а уж после – расставить по полкам.

– Не хочешь вздремнуть? – зевнув, окликнул меня Маршал.

– Нет, я не устала, – соврала я, принимаясь за вторую сверху полку.

– Как ты еще на ногах стоишь, миледи? – потерев глаза лапами, продолжил мохнатик.

– Сама не пойму. Когда почувствую, что валюсь с ног, тогда и лягу, – парировала, улыбнувшись откровенно детской улыбкой. – Маршал, дорогой, тебе бы отдохнуть и набраться сил. Ты почти не спишь последние недели.

– Огонь погаснет, – устало воспротивился друг. – В доме с каждым днем все холоднее.

– Я в порядке, – я указала на термоодежду, которую притащил