Жертвы обряда - Маргарита Боулес

– Нужно починить камин и заделать окно, – заявил мохнатик, осмотрев комнату Архангела. Единственную, где не горел огонь. – Завтра этим и займусь.

Я благодарно улыбнулась, а Маршал пожелал спокойной ночи и ушел. Его примеру сразу же последовал и Вилли.

Я проводила их взглядом и только сейчас заметила перемены, произошедшие с моим маленьким другом Вилли и большим мохнатым чудом Маршалом.

Некогда разговорчивый и веселый Вилли перестал болтать и улыбаться, был тише воды ниже травы. Не слышался зарази-тельный смех, и голос он подавал лишь при необходимости. Даже пылкие чувства к шоколаду поостыли, лакомство уже не вызывало у него прежний трепетный восторг. Теперь на кухне лежала гора наивкуснейших сладостей, однако котяра к ним даже не притрагивался, только изредка я видела в лапке Вилли дольку шоколадной плитки.

Зато сладкоежками стали мы с мохнатиком. Я поглощала шоколад на нервной почве, а Маршал присоединялся к мне, объясняя новое пристрастие так: «Пропадет ведь, а Вилли этого точно не простит».

Вследствие чего лакомство стало исчезать и довольно быстрыми темпами, только не из-за окончания срока годности, а из-за нашей чрезвычайной старательности. На Маршала заметно повлиял сон ангела. Не стоит даже говорить, насколько он похудел. Теперь мой милый друг не был мягким и пушистым, как раньше. Помимо домашних хлопот с каминами и огнем вурхиец просиживал ночи напролет в каких-то старинных библиотеках, отыскивая любые сведения о том, когда же проснется Архангел и что с ним будет после.

Но, увы, поиски были тщетны.

Вилли часто составлял Маршалу компанию, вдвоем они легче переносили горе. Периодически в замок ненадолго заглядывал Саймон, который твердил о прибавившейся в связи с отсутствием Архангела работе и ответственности. Однажды появился и Митраэль. Хмуро осмотрел брата и удалился, не сказав ни единого слова.

Я же в основном общалась с демоном. Велиал приходил ежедневно, иногда мы вдвоем сидели в комнате ангела до поздней ночи в полной тишине, размышляя каждый о своем.

Однажды под утро я уснула, уткнувшись головой в книжки, разложенные на столе. Но отдыхала недолго, разбуженная шумом. Непогода усилилась: буран ярился так, что гудели и дрожали оконные рамы. Очередной порыв ветра раскидал свитки по комнате. Я кинулась их собирать, а потом связала тугой лентой и спрятала в тумбочку. И решила подремать возле камина. Брешь в стене и правда стоит залатать побыстрее.

Наступивший день не принес никакой радости. Беспощадно валил снег, завывала метель, мороз рисовал на стеклах ледяные узоры. Маршал и Саймоэль целое утро устанавливали входную дверь и чинили потрескавшиеся витражи, дабы уберечь всех обитателей замка от обморожения. Им помогал целый отряд ангелов, и работы завершились до обеда.

Внезапно мохнатик вспомнил про разбитую стену в башне Архангела. Бригада ангельских тружеников по приказу Саймоэля бросилась туда, вскоре брешь была заделана и установлено нормальное окно. И весьма своевременно, учитывая дальнейшие события.

– Теперь лучше? – спросил Саймон, осматривая округлую стену и вогнутое окно.

Я была в зимней одежде, а он – в легкой летящей мантии, вызывая белую зависть.

– Не замерзнешь?

– Как получится.

– Ты совсем не бережешь себя, Скай.

Я вскинула брови, ангел же заботливо похлопал меня по руке.

– Почему не спишь до поздней ночи?

– Не могу. Бессонница.

Но друг не поверил.

– Я попробую выкроить время, чтобы навещать тебя почаще. Знаешь, как скучаю по нашим утренним тренировкам?

– Во-о-от! А раньше фыркал и возмущался. Изображал из себя невесть кого, – поддела беззлобно.

– До конца вечности будешь мне припоминать?

– Я тоже соскучилась, – я чуть толкнула его плечом. – Боюсь, мрачная погода и холод рушат все планы.

– А ну, отставить вешать нос! – резко скомандовал Саймон, и я засмеялась. – Посмотрим фильм? – предложил мягче. – Соберем всех. Что скажешь?

– Отличная идея! – воскликнул подлетевший Вилли, и Маршал кивнул.

– Тогда заскочу вечером и захвачу демона. – Легионер коротко обнял меня, чего раньше не делал, и исчез, а после заката действительно явился вместе с Велиалом.

Мы расселись на обугленных диванах и креслах и впервые за долгие пасмурные дни отвлеклись от мрачных мыслей: ели попкорн и смеялись, смотрели фильмы до рассвета. Я отрубилась, привалившись к спинке софы, а проснулась укрытая толстым слоем одеял.

Глава 4

Монстры в темноте

Скай

В начале третьей недели в замке стали происходить странные события.

Принесенные демоном вещи я решила затащить на третий этаж. С одной стороны, комната ближе к Аиррэлю, с другой – находиться там после Лиирты было противно. Но деваться некуда: спальня возле гостиной разгромлена Люцифером, как и весь первый этаж. Не представляю, на каких незримых несущих стенах держался замок, вероятно на святом духе, но Саймон заверил, что бояться нечего.

Поднимаясь по полуразрушенной лестнице, я заметила на стене подозрительную тень. В гостиной горел лишь камин, повсюду царил полумрак, а тень прорисовывалась отчетливо. И шевелилась. Я заморгала и резко обернулась, но внизу никого не заметила. Животный страх закрался в душу, по шее пробежал холодок. Кто мог затаиться в замке, я и понятия не имела, да и не хотела узнавать, с некоторых пор предпочитая держаться подальше от всего неизвестного и мистического. Даже мой исследовательский настрой чуток сник в этом мире, подкис под влиянием ярких событий.

– Померещилось, наверное, – прошептала я и продолжила карабкаться на второй этаж, а затем и на третий, осторожно ступая по обгорелым доскам.

Добралась до комнаты, закинула сумку на кровать и принялась разбирать вещи – хотела отделить теплые от летних. Дверь оставалась открытой. Неожиданно из коридора донесся странный шум, топот и перебежки. Я оглянулась, но никого не заметила. По спине пронеслись мурашки, а сердце забилось сильнее.

Я, озираясь, вышла из комнаты. Тишина буквально звенела в ушах – не раздавалось ни единого звука. Но стоило отвернуться, почудилось, что кто-то осторожно крадется сзади.

От ощущения преследования избавиться не получалось. Ближе к вечеру в замок вернулись Вилли и Маршал, в их обществе удалось немного успокоиться. Рассказывать друзьям о странностях не стала. Решила не нагнетать, списав все на шалящее под воздействием одиночества больное воображение.

Мы сидели возле камина в гостиной, я принесла сюда несколько свитков и начала раскладывать их, стараясь разобрать почерк. Но многие надписи ставили меня в тупик, поэтому Вилли и Маршал помогали – читали то, что не удавалось мне.

Некоторые свитки, как объяснили друзья, являлись совершенно неинтересными, их вообще можно, не жалея, кидать в топку. Другие относились к историческим хроникам, их я отложила в сторонку. В итоге мы перебрали