Первый раунд - Грейс Райли

Я аккуратно кладу фотоаппарат на кровать и прыгаю к Джеймсу, чтобы крепко обнять его. Он с легкостью ловит меня и прижимает к себе.

— Ну как, принцесса, я справился?

— Не то слово!

Я целую парня, обвивая руками его шею. Ладони Джеймса скользят под мои бедра, притягивая ближе.

— Правда, это было совсем не обязательно! — опоминаюсь я. — Это же такие деньги, и я всегда могу…

— Нет, — твердо останавливает меня парень. — Это подарок. Зайка, твори с его помощью новые шедевры, хорошо?

Вместо того чтобы сказать «спасибо», как любой нормальный человек, я всхлипываю. Я не могу даже говорить: в горле будто стоит ком. Я просто утыкаюсь лицом Джеймсу в плечо, вдыхая его парфюм и наслаж­даясь тем, как крепко он меня держит. Подарок не заменит то, что уничтожил пожар, но дает мне возможность начать сначала.

— Спасибо, — наконец шепчу я.

Я снова целую Джеймса, положив ладони ему на лицо. Он смотрит на меня — я успела полюбить его голубые глаза — и целует в ответ, увлекая на кровать. Я развожу ноги, чтобы он мог уместиться между ними. Руки парня скользят мне под футболку, исследуя тело. Он целует мое лицо, потом шею, затем опускается губами ниже и полностью стягивает с меня футболку, растрепав мне волосы. Кажется, Джеймса это ничуть не волнует: он все еще смотрит на меня так, что в животе и ниже у меня разгорается огонь. Будто я — трофей, который он только что выиграл. Будто я — что-то бесценное.

— Боже, Бекс, — шепчет Джеймс. — Как же ты прекрасна.

Он кладет ладонь на мой мягкий животик, а другой рукой притягивает меня к себе, целуя. Сминая его губы, я зарываюсь пальцами ему в волосы.

— Ты тоже, — совершенно честно отвечаю я.

Джеймс достаточно уверен в своей маскулинности, чтобы не поморщиться от такого комплимента. Только чуть отстраняется и смотрит на меня с нескрываемой нежностью.

— Какое красивое белье, — говорит он, проводя кончиками пальцев по кружеву одной из светло-розовых чашечек лифчика. Парень словно намекает на будущую ласку, и дыхание у меня сбивается. — Ты купила его специально для меня?

Я киваю, прикусив губу.

Джеймс стягивает с себя свитер и джинсы и, быстро расстегнув на мне лифчик, зарывается лицом в мою грудь. Он трет один сосок между большим и указа­тельным пальцами, а другой берет в рот и посасывает, пока я не начинаю выгибаться от удовольствия. Я уже намокла — клитор ноет от недостатка прикосновений. Я тянусь к себе, но Джеймс перехватывает мою ладонь.

— Руки держим над головой, красавица, — усмехается он.

Я тихо скулю, чувствуя, как поджимаются пальцы на ногах, и сминаю ладонями простынь. В награду парень спускает с меня трусики, однако между ног меня не трогает — только ласкает мне грудь, пока я не начинаю умолять его вой­ти. Когда Джеймс наконец скользит ладонью ниже, я еще шире развожу ноги. Заметив это, он мягко смеется.

Джеймс нащупывает мой клитор и принимается мучительно медленно поглаживать его по кругу, а затем опускает руку и входит в меня сразу двумя пальцами — я так намокла, что они без труда скользят внутрь. Я сжимаюсь вокруг него, и он низко стонет.

Парень скрещивает пальцы, другой рукой поигрывая с моим клитором. С каждым движением, с каждым вздохом мое удовольствие приближается к пику. Джеймс снова опускает голову к моей груди и целует ее, от обилия ласк я вскрикиваю:

— Джеймс… я сейчас!..

— Давай, принцесса, — хрипло говорит он, вводя в меня еще один палец. — Кончи на мои пальцы, и я тебя возьму.

Я всхлипываю и забываюсь в блаженстве, прижимаясь как можно сильнее к парню, хотя от чувствительности после оргазма мне хочется свернуться калачиком и отдышаться. Джеймс еще немного ласкает меня внутри, а затем вынимает пальцы. Я вздрагиваю: пустота неприятна.

Джеймс тянется за бумажником и, достав оттуда презерватив, быстро надевает его.

— Скажи, что ты хочешь, Бекс.

Я смаргиваю слезы, глядя на него, и стараюсь хоть что-то выговорить, но у меня не получается. Джеймс просто прекрасен, до неприличия хорош. Он обхватывает член и проводит по нему сомкнутой ладонью. Капец, какие же у этого парня мускулы! Мне хочется облизнуть каждую линию между идеальными кубиками его пресса.

Я не без труда приподнимаюсь, чтобы поцеловать Джеймса. Он охотно отвечает, ахнув, когда я прикусываю его губу. Отстранившись, я вижу, как потемнел его взгляд, — словно он еле сдерживается, чтобы не повалить меня на кровать и не вой­ти.

Черт, как же я этого хочу! Пусть он наполнит меня до краев, так, что я не сдержусь и кончу снова, на этот раз — на его член.

— Бекс. — Голос у Джеймса все еще низкий и хриплый — настолько, что по телу у меня проходит дрожь.

— Хочу тебя. Хочу…

— Я слушаю.

— Хочу, чтобы ты меня взял! — выпаливаю я.

— Умница, — хвалит меня парень.

Он проводит большим пальцем по моим губам и мягко скользит между ними, а затем убирает руку. Не успеваю я сказать и слова, как Джеймс переворачивает меня на живот, разводит мне ноги и кладет руки на задницу. Поставив меня на четвереньки, парень приставляет головку к моему входу. Он медленно водит членом, не проникая глубже, пока я не начинаю стонать и двигаться ему навстречу, пытаясь насадиться. Джеймс входит в меня одним плавным движением, наполнив так, что я чувствую лишь его.

В такой позе я крепко сжимаюсь вокруг него. Когда парень проникает в меня, моя грудь колышется. Он припадает губами к моей шее, дыша мне в волосы и двигаясь внутри меня. Своей ладонью он накрывает мою и прижимает к кровати.

— Я уже почти все, — шепчет Джеймс мне в шею. — С тобой не могу сдерживаться.

— Кончи, — так же тихо отвечаю я. — Прямо во мне.

Джеймс толкается вперед и со стоном кончает. Я сжимаюсь вокруг него, чтобы оргазм для него был еще приятнее. Дыхание у парня сбивается, и он крепче сжимает мою ладонь. Как же прекрасно.

Джеймс поворачивается так, чтобы мы оба лежали на боку, и массирует мой клитор, пока я снова не кончаю с тихим стоном.

Мы долго лежим, хватая ртом воздух. В моей груди странное чувство — будто воздушный шарик, который никак не хочет улетать. Может, причина в нежном взгляде Джеймса, когда он вернулся, выбросив презерватив, и принес полотенце, чтобы вытереть меня. Или дело в том, как парень целует меня, поглаживая мне щеку. Или в том, что он надел на меня свитер, едва я начала дрожать.

Привозят еду. Пока я лежу в кровати, Джеймс накрывает на стол и наливает нам еще шампанского.

Я испытываю чувство, которое не хочу озвучивать даже в голове. Это слишком меня пугает — особенно после слов Дэррила.

Джеймс Каллахан покорил мое сердце.

27

Джеймс

Первое, что я вижу, когда просыпаюсь, — Бекс с камерой в руках. Она сосредоточенно и в то же время мило смотрит на меня, прикусив губу. На девушке все еще мой свитер, волосы у нее совсем растрепались. Сердце у меня сжимается.

Вчера между нами что-то изменилось. После случая в дайнере все было не как прежде — меня неумолимо тянет к Бекс. Когда я взглянул на нее накануне вечером и увидел покрасневшие щеки и полные желания прекрасные глаза, я едва не сказал то, что обещал отцу долгое время больше не говорить ни одной девушке.

Сейчас мне снова хочется произнести эти слова, но вместо этого я улыбаюсь, положив ладонь девушке на голень.

— Надеюсь, я хорошо вышел.

Бекс заправляет волосы за ухо.

— Сейчас здесь отличный естественный свет.

Я целую ее в коленку.

— И?

— И ты красивый объект для съемки. Джеймс, эта камера!..

Я приподнимаюсь на локте.

— Хорошая?

— Замечательная! — Она смотрит на фотоаппарат, мило улыбаясь. — Спасибо.