Первый раунд - Грейс Райли

— Кто это?

— Джеймс, — представляюсь я, протягивая ему ладонь. — Ее парень.

За моей спиной кашляет один из братьев. Я не обращаю никакого внимания — уж подкаты от этого чувака Бекс сейчас точно не нужны.

Кайл пожимает мне руку, не отрывая взгляда от Бекс.

— С дайнером почти все в порядке. Может, понадобится небольшой ремонт — нужно провести проверку. Во время пожара твоя мама была на втором этаже, но с ней все хорошо.

Выражение лица Бекс становится странным — будто она разрывается между желанием закричать и расплакаться. Она направляется к дайнеру.

— Не подходи слишком близко! — кричит вслед Кайл.

Но Бекс не останавливается. Я спешу за ней и оказываюсь рядом, когда она замирает, глядя на здание. С виду дайнер в хорошем состоянии: дверь открыта, внутри столики и диванчики, неоновая вывеска над входом, хоть и не светится, кажется нетронутой. Однако два окна выше разбиты, а на выбеленном кирпиче виднеются следы гари. Я беру Бекс за руку и, сплетаясь пальцами, мы вместе входим в здание.

Девушка сразу отправляется за стойку. Я замечаю фотографии в рамках на стенах, красные барные стулья, фальцованные доски над столиками, красиво выкрашенные в белый. Бекс открывает небольшую дверь — за ней оказывается узкая лестница. В воздухе все еще едко пахнет дымом. Я подавляю приступ кашля, глаза у меня слезятся.

— Бекс, — говорит подошедший Кайл, — вызови специалиста, чтобы он оценил нанесенный зданию ущерб. Не ходи наверх сама — это опасно.

— Он прав, — киваю я, хоть мне и не хочется в чем-то соглашаться с Кайлом. Бекс не стоит дышать этим отвратительным воздухом или пытаться зайти в сгоревшую квартиру — вдруг с ней что-то случится?

Бекс все же делает шаг вперед и кладет руку на покрытые пеплом перила. Моя рука вздрагивает в ее ладони. Если придется насильно вытаскивать девушку из здания, чтобы она не причинила себе вред, я это сделаю. Но мне очень не хочется, чтобы до этого дошло.

— Там все совсем сгорело? — спрашивает Бекс.

Кайл делает паузу.

— Думаю, лучше спросить полицейских. Они там, на улице. Шеф Элтон сейчас общается с твоей мамой.

Бекс оборачивается — глаза у нее гневно сверкают.

— Всё. Совсем. Сгорело?

Кайл сглатывает, кадык у него дергается.

— Как я уже сказал, в основном ущерб нанес дым. Страховка компенсирует утраченное имущество. Хорошо, что почти все твои вещи в общаге, правда?

Бекс совсем падает духом.

— Не все.

Она протискивается мимо меня и Кайла, закрыв нос рукавом, и бежит в сторону полицейской машины, стоящей рядом с пожарными фурами. Около нее разговаривают двое — немолодой светлокожий мужчина в форме и женщина в легинсах и потертом старом свитшоте. Волосы у нее как у Бекс — цвета «клубничный блонд». И лицо тоже в форме сердца. Судя по всему, это ее мать, Эбби.

— Ну и дела, — бормочет Купер. — Чел, не обещай ей того, чего не можешь дать.

Бекс подходит к Эбби. Та тут же поворачивается к ней и заключает в объятия. В длинных худых пальцах женщина держит сигарету — кто, блин, курит в метре от места пожара? Мне не нравится вина в ее взгляде, когда она смотрит на Бекс. Здесь явно что-то не так.

— Бекс нужна поддержка, — отвечаю я брату.

— Конечно, — кивает Себ. — Но зачем представляться ее парнем?

— Ага. А еще ты выглядишь так, будто ради нее готов убивать, — добавляет Купер. — Знаю, Бекс крутая и все такое, но…

Я поворачиваюсь к нему.

— Следи за языком.

— Джеймс, ну блин! Она же подумает, будто это что-то значит!

Сердце у меня в груди бьется быстрее.

— А может, и значит. Не твое собачье дело.

Я ухожу, чтобы сгоряча ничего не натворить, — скажем, не врезать брату. Я люблю Купера, но он просто не понимает: в момент, когда Бекс сегодня позвонили, внутри меня что-то изменилось. Сейчас у меня нет времени обдумать это чувство, но и избавиться от него я не могу.

Когда я подхожу к Бекс, та разговаривает с ма­терью.

— Так это ты виновата! — выпаливает девушка.

Я стискиваю зубы. Едва увидев Эбби, я пришел к такому же выводу, но надеялся, что окажусь неправ.

— Оставлю вас наедине, — говорит им шеф Элтон.

Проходя мимо, мужчина бросает на меня хмурый взгляд.

— Ты с Беккет пришел?

— Да, сэр, — киваю я.

— Ну и дела, — качает головой шеф. — Хотя бы дайнер почти не пострадал.

— Милая, ничего страшного, просто небольшой пожар, — утешает Эбби дочь.

Бекс стоит, скрестив руки. Я приобнимаю девушку за талию, ожидая, что она отстранится, но вместо этого она льнет ко мне — легонько, но достаточно, чтобы тяжесть в моей груди немного рассосалась.

— Небольшой? — выдыхает Бекс. — Кайл мне сказал, что в квартире будут делать ремонт, а тебе пока придется выехать! Все вещи сгорели, даже… Мам, это не «небольшой пожар». Повезло, что ты осталась жива.

Эбби затягивается сигаретой.

— А это что за бугай? Изменяешь Дэррилу?

— Дэррил сам мне изменял, — с натянутым терпением говорит Бекс. — Мы расстались прошлой весной. А это Джеймс.

— А эти двое? — Эбби смотрит на моих братьев — те стоят в стороне, сомневаясь, стоит ли подходить. — А блондинчик? Он миленький.

Бекс сердито смотрит на мать.

— Я позвоню тете Николь — узнаю, пустит ли она тебя пожить у нее. А затем свяжусь со страховой компанией — подам заявление на возмещение убытков. Почему ты вообще уснула в таком состоянии?!

У Эбби хватает совести устыдиться.

— Давай не при твоем друге, Бекси.

— Я тебе не Бекси! А Джеймс — мой парень, пусть остается тут.

Я прикусываю щеку, чтобы не улыбнуться. Ситуация серьезная, да и мать Бекс мне хочется хорошенько встряхнуть, но от того, как девушка назвала меня, в груди что-то встрепенулось.

— Опять потеряла голову из-за какого-то качка! — шмыгает носом Эбби. — Какое тебе дело до пожара? Тебя вечно нет рядом.

— Неправда. Я постоянно приезжаю в дайнер.

— Ага, отработать смену и забрать чаевые?

Я крепче прижимаю к себе Бекс.

— Так же нельзя, — бормочет она.

— Нельзя? Знаешь, что нельзя? — говорит Эбби. — Мужчине нельзя бросать жену с ребенком. А дочери — мать.

Бекс начинает дрожать.

— Мам, я поступила в универ, чтобы нам помочь. Ты это знаешь.

— А потом передумаешь.

— Там были мои фотографии. Моя камера! — Бекс делает шаг вперед, по щекам у нее текут слезы. — И они сгорели, и всё из-за тебя! Потому что ты уснула средь бела дня, вместо того чтобы заведовать гребаным дайнером!

Говорит она громко. Сказанные девушкой слова наполняют воздух и доносятся до всех в пределах слышимости — до моих братьев, пожарных, полицейских, каких-то зевак, торчащих неподалеку, хоть пожар, мать его, давно кончился. Я делаю шаг вперед, стараясь защитить Бекс своим телом. Она не заслужила всего этого — мне хочется прижать ее к себе так крепко, чтобы она поняла: я никогда ее не брошу.

Лицо Эбби морщится.

— Милая, ты же знаешь, как мне тяжело.

— Мне плевать! — Бекс вцепляется себе в волосы, ее дыхание сбивается. — Ты — моя мама. Это ты должна заботиться обо мне, а не наоборот! — Бекс всхлипывает и продолжает:— Я дала тебе обещание. И ты мне — тоже.

Эбби ничего не отвечает. Окурок выпадает из ее пальцев, и я быстро наступаю на него, тушу и втираю в асфальт.

— Мам, — шепчет Бекс. — Скажи мне, что помнишь. Помнишь о своем обещании.

Но Эбби не произносит ни слова.

25

Бекс

— Ты уверена? — спрашивает меня Лора.

Она сидит на моей кровати и наблюдает, как я собираю чемодан. Джинсы, вечернее платье, футболка с фамилией Джеймса. Красивое нижнее белье, на которое я раскошелилась во время нашей с Лорой сегодняшней прогулки по торговому центру. Небольшой чемодан я купила там же — раньше у меня такого не было, потому что я ни разу не путешествовала. Сейчас я всего