Финишная черта - Мари Милас

Я прикусываю до боли губу, а мое сердце бьется о ребра.

– Нет. Я думаю, что у него много дел.

Мама молчит, а затем громко вздыхает.

– Не отталкивай его. Я знаю, что тебе легче забраться в свою раковину, но… думаю, только он может добыть жемчуг.

– Это было поэтично, – хмыкает папа, и мои губы растягиваются в легкой улыбке.

Я встаю и достаю из сумки маленькую коробочку, в которую положила жемчужину из Италии.

– Да, думаю, только он.

– Позвони нам вечером, мы любим тебя.

Я все еще смотрю на жемчужину и киваю, хоть они и не видят. Попрощавшись с родителями, встаю перед небольшим зеркалом. Мое отражение настолько безликое, что больше похоже на тень. Под глазами огромные синяки, цвет кожи почти серый. Я хлопаю себя по щекам, чтобы придать хоть немного румянца. Мне нужно прийти в чувство, чтобы выглядеть более менее живой перед прессой.

Я заплетаю косы, и в этот момент в комнату заходят Натали и Гас.

– Прости, что мы прилетели так поздно. Наш рейс переносили два раза из-за погоды в Лондоне, – говорит Натали, обнимая меня.

Она выглядит счастливой и прекрасной. Еще ни на ком обычные джинсы и белая футболка не смотрелись так великолепно, как на этой женщине.

Гас тоже обнимает меня одной рукой за плечи, стараясь, как всегда, сохранять нужную мне дистанцию.

Я указываю на диван.

– Садитесь, мне нужно вам кое-что сказать.

– Да, ты говорила. Что-то случилось? – Гас плюхается на диван, утягивая обеспокоенную Натали за собой.

Я хожу перед ними, как часовой маятник, или как мой отец по кухне. Мои руки не могут найти места. Полагаю, именно для этого папа размахивал полотенцем.

– В общем, – я останавливаюсь перед ними, – кое-что произошло. И это кое-что может случайно оказаться в прессе. Я хочу, чтобы вы были к этому готовы.

– У вас с Лиамом был публичный секс? – ухмыляется Гас.

Я стону, а Натали дает ему подзатыльник, потому что она читает мои эмоции лучше, чем ее муж.

– Заткнись, – шипит она.

– Нет, у нас с Лиамом не было публичного секса, – вздыхаю я.

Натали протягивает руку и ждет, когда я вложу туда свою ладонь. Я делаю это, садясь рядом с ней на диван.

– Что случилось, Рора? – спрашивает она.

Я пытаюсь выровнять дыхание и выливаю на них всю правду. Мне удается миновать все подробности, используя нейтральные выражения вроде «без моего согласия», «домогался». Хотя даже это вряд ли можно счесть чем-то нейтральным.

– Жаль, что Лиам его не убил, – теперь по комнате вышагивает Гас. И ему тоже не хватает полотенца в руках. – Он бы мог подстроить все как авиакатастрофу, сбросив его со своего самолета в море.

– Гас, – бормочет Нат, пряча голову в руках, упирающихся в колени. – Я в шоке, Рора. То есть… я знала, что за твоей неприязнью к прикосновениям что-то стоит. Так же как и за твоими шрамами. Но… – Она прерывисто выдыхает. – Я бы никогда не подумала, что все настолько ужасно. Мне казалось неправильным допытывать взрослого человека, чтобы узнать, но сейчас, кажется, что стоило бы. Я всегда считала тебя такой сильной, но…

– Она и остается самой сильной девочкой, не так ли? – Гас подмигивает мне, но я вижу на его лице множество эмоций: гнев, жалость, шок. Однако он, как всегда, просто верит в меня и старается смотреть на все с позитивом.

– Я стараюсь.

Это стало моей любимой фразой в последние дни.

Гас приближается, легко сжимает мое плечо, будто оно сделано из хрусталя, и говорит:

– Я отменю твою встречу с прессой. Пускай Нельсон отдувается.

Я вымученно улыбаюсь и киваю.

– Спасибо.

– Спасибо тебе, что доверилась. Это много значит для нас. Мы тебя защитим.

Он уходит, а Натали остается со мной и дарит мне свои удушающие объятия.

– Я знаю, что ты это терпеть не можешь, но, давай, расслабься. Просто почувствуй, как это приятно – ощущать тепло друзей, родных, любимых, которые желают тебе только счастья. Ты такая смелая. Такая сильная. Говорить о том, что с тобой произошло спустя столько лет, намного сложнее, чем сейчас просто позволить себе чувствовать.

Я ощущаю, как ее слезы касаются моей щеки, и стараюсь сдержать свои собственные. Мне нельзя сейчас плакать. После гонки я могу устроить очередную вечеринку жалости, но в данную минуту нужно просто взять себя в руки.

– Я стараюсь, Нат, я так стараюсь, – втягиваю воздух через нос, пытаясь прогнать жжение во всем теле. – У меня были такие успехи, когда я была с Лиамом, а сейчас все… рухнуло. Мне кажется, у меня зудит все тело. Я дернулась, когда он дотронулся до меня, а этого никогда не было. Никогда.

– Он поймет, – шепчет она. – Этот мужчина прыгнет в аквариум с акулами, если ты попросишь. Сейчас у вас всего лишь мелкие трудности, через которые вы обязательно пройдете.

– А вдруг нет? Мне так противно от себя, когда я причиняю боль другим. Ты не видела его лицо, когда я дернулась. Он был разбит.

– Ты была разбита всю жизнь. Прости себе этот момент и просто… люби его.

– Я люблю.

– Но знает ли он об этом? – она отстраняется и смотрит мне в глаза.

Я качаю головой, очередной раз чувствуя себя полной дурой.

– Я не успела ему сказать, потому что он ушел. А ушел потому, что мой идиотский мозг и рот решили, что мне нужно время.

Она поправляет мои косы и поглаживает меня по щеке.

– И оно тебе действительно нужно. Всем нам иногда нужно навести порядок в голове. В этом нет ничего плохого, если вы оба знаете, что все еще принадлежите друг другу, несмотря ни на что.

Я потираю грудь, которая ужасно болит, и выдыхаю:

– Думаю, мы знаем.

– О, я уверена, что вы знаете, – она усмехается. – Иначе этот лорд не преследовал бы тебя, а ты не краснела бы как школьница при одном взгляде на него.

Я игриво толкаю ее.

– Я не краснела.

– Ты даже сейчас краснеешь и уже не выглядишь как труп.

– Неправда! – возмущаюсь я.

– Правда, правда, признайся, все дело в аристократическом носе. – Нат мечтательно вздыхает.

Я откидываюсь на спинку дивана и потираю лицо.

– Его член тоже достоин титула.

Она взвизгивает и вскидывает кулак.

– Наконец-то мы перестали зашифровывать его член.

Гас появляется в комнате так неожиданно, что мы замираем.

– Отлично, теперь вы еще и чьи-то члены обсуждаете, – ворчит он.

Мы заливаемся смехом, и впервые за все эти дни я не хочу исчезнуть с